Я лег спать. Долго ворочался. Потом встал и пошел на кухню за чаем. Там уже сидела старушка и макала печенье прямо в чашку с дымящимся кипятком:
– Что, не спится без Тени? – ехидно спросила она.
– Бабушка, ну что вы давите на больной мозоль? Я ж ее отпустил из лучших побуждений! Я же ей свободу подарил!
– Благодетель! – всплеснула старушка руками. – Да на кой ей такая свобода? Она ж без хозяина как неприкаянная! Да и ты совсем никчемный стал – ни сил, чтобы разрушить чего-нибудь, ни смысла, чтобы сотворить.
– Перестаньте, – жалобно попросил я ее. – Я уже все понял. Ищу, чтобы вернуть. Только место у вас для этого неподходящее: сколько ни пробовал – не выходит.
– А ты как пробовал? – поинтересовалась старушка и отхлебнула чая.
– Как обычно: поскандалил пару раз, человека обидел, испытал легкое раздражение, поиграл в непонятого гения… Но она не появилась, как раньше!
– Прости, милый, что я тебя третий раз за день дураком назову. Но ты и вправду не больно сметливый. Другие у нас правила! – после этих слов было бы естественно получить чайной ложкой по лбу.
Но здесь были другие правила. – Ну, какие?! – я очень устал: и от поисков, и от разговора.
– У нас Тень появляется только на восхищение.
Я пригласил Богиню к себе. Настало время объясниться. Потому что с такой же силой, с какой Принцессу тянуло ко мне, меня тянуло к Богине.
Нужно отдать мне должное: я сопротивлялся, как мог. Я просыпался в холодном поту от ночных эротических сновидений, где я в похотливой манере то залезал Богине под юбку, то просто заваливал Её на песок.
При встречах мы беседовали на разные темы, и я ни разу не заметил у Нее интереса ко мне, как к мужчине. Это будоражило меня еще больше. Моя память услужливо подсовывала мне картины прошлого, и они поднимали во мне волну страсти и, одновременно, негодования. Как Она могла все забыть?!
Богиня пришла. Она, как назло, выглядела в этот день по-королевски. Что делало ее не только прекрасной, но и не доступной. Я предложил Ей чай, но Она предпочла кофе. Я ждал, когда закипит вода в турке и, не оборачиваясь, произнес:
– Я люблю тебя.
Она произнесла в ответ:
– Я бы хотела выпить кофе на берегу.
– Хорошо, – ответил я и тут же увидел, как закипела вода.
Мы молча собрали все необходимое и вышли на берег. Я по-хозяйски разложил плед, установил поднос с чашками на небольшое возвышение и пригласил Ее присесть.
Богиня пила кофе и смотрела на океан. В какой-то момент она произнесла:
– Это не правда.
– Ты не веришь, что я испытываю к тебе чувства?! – я был излишне эмоционален, но объяснял это себе игрой гормонов.
– Я верю, что ты чувствуешь страсть. Но причем здесь любовь? – и Она пристально посмотрела мне в глаза.
– По какому праву ты обвиняешь меня в похотливых желаниях самца? – я добавил в интонацию нотки оскорбленного достоинства.
– По праву женщины, у которой большой опыт общения с похотливыми самцами, -улыбнулась Она.
– Но ты же ничего не имеешь против секса! – решил я зайти с другой стороны.
– А кто-то говорил про любовь… – протянула Она и поставила чашку на поднос.
– Я люблю тебя! Но не платонической любовью. С каких пор ты разделяешь душевную и физическую близость? – я шел на таран этой крепости и не сильно заботился о последствиях.
– Я не сплю с Отшельниками, – Она склонила голову набок и прищурила глаза. – Тем более, если они лгут сами себе.
– Послушай, Женщина!!! – я вскричал и одновременно вскочил с песка.
Я расхаживал перед Богиней, возбужденно жестикулировал, подкрепляя этим каждое свое слово. Я походил на маятник, который раскачивается на фоне океана перед ее несколько удивленным взглядом.
Незаметно к нам подошла Принцесса:
– Ты танцуешь? – обратилась она ко мне с детской непосредственностью.
– Да, это мужской танец возмущения женской глупостью! – отчеканил я каждое слово. И хотя отвечал я Принцессе, ответ, на самом деле, предназначался ее матери.
Принцесса вопросительно смотрела на мать. Та обернулась и произнесла:
– О, я не участвую. Это театр одного актера. Хочешь, садись ко мне, в зрительный зал.
Принцесса тут же подбежала к Ней и шлепнулась на песок. Теперь они обе смотрели на меня: одна спокойно, другая – в ожидании.
Мои плечи поникли, возмущение пропало, осталось легкое разочарование и усталость.
– Хочешь к нам? – участливо спросила Принцесса.
И вместо слов согласия я просто сел рядом с ними на песок. Теперь в зрительном зале нас было трое. А главную роль перехватил океан.
– Скажи, почему мужчине трудней покидать сцену, чем женщине? – спросил я Богиню
– Всем сложно: и мужчинам, и женщинам… Легко тому, кто знает, кто он и для чего приглашен на сцену.
– ?
Вопросительное выражение моего лица заставило ее продолжать:
– Знает, что он не фигура, а часть фона – всего лишь один из массовки.
– А кто же главный герой, по-твоему? Она промолчала.
– Мама, а зачем нас все-таки приглашают? – поинтересовалась Принцесса, прервав затянувшуюся паузу.
Богиня взяла дочь за руку:
– Чтобы оттенять океан.
В следующий раз мы встретились через пару дней. Я прогуливался, а Она загорала на песке перед своим домом.