Впрочем, сам Шемяка остался жив, и контролировал примерно четверть территории города, но в ход пошли ломовые пищали, и Дмитрий Юрьевич уже не рассчитывал на победу. Но очень надеялся, что приближённые Иоанна Васильевича примут во внимание близкое родство с юным кесарем, и придут на выручку. Месяца два Дмитрий Юрьевич обещал продержаться, после чего клялся отказаться от претензий на престол, и просил дозволения на невозбранный отъезд в Литву с чадами и домочадцами. Вотчины же и прочее имущество отписывал в дар Государю-Кесарю, и более никаких условий не ставил.
– Так что же он сразу в Литву не ушёл? – удивился Самарин. – До Можайска рукой подать.
– Кругом обложили, – пожал плечами гонец. – Конный одиночка ещё проберётся, а с обозом никак не можно.
Андрей Михайлович задумчиво почесал бороду. Стало быть, Шемяка намеревается слинять из Москвы с казной? Разумно… Не клянчить же потом гроши на пропитание у Казимира?
– Филин!
– Тута я, княже.
– Гонца под замок и стеречь крепко. Меня не беспокоить, я думу думать стану.
Да, информация любопытная, и над ней следовало основательно поразмыслить. Андрей Михайлович уже привычным движением почесал бороду… Итак, что мы имеем? А имеем мы войско царя Ивана Васильевича, что при поддержке небольшого отряда хана Касима собирается отвоёвывать Москву у узурпатора. Почему от татар лишь небольшой отряд? Тут понятно – только ханская гвардия имеет понятие о дисциплине, а обычных степных оборванцев тяжело будет удержать от искушения пограбить по дороге. Придётся вешать, что отрицательно скажется на союзнических отношениях. Впрочем, это к делу не относится.
Полина Дмитриевна пишет, что пойдёт вдоль Волги до Ярославля, а потом свернут на Москву. Не ближний свет, но всё лучше, чем ползти по болотам Владимирской дороги. В этом случае войско растянется так, что первые уже подойдут к Москве, а последние ещё не выберутся из Нижнего Новгорода. Даже в двадцать первом веке, если ехать на машине, пейзаж удручающий, а что уж говорить про середину пятнадцатого. Самарин помнил – в своё время Минин с князем Пожарским выбрали похожий маршрут. Наверняка на то имелись свои причины.
Но всё равно на дорогу пешим маршем уйдёт больше двух месяцев. Следовательно, Шемяку успеют разгромить, а его казна исчезнет в неизвестном направлении. Или вообще закопает, чтобы никому не досталась. А этого нельзя допустить, потому что деньги должны работать на укрепление государства. Или на укрепление самого Андрея Михайловича, что тоже неплохо.
– И что делать? – Самарин вслух задал один из двух известных вопросов, и сам себе ответил. – Действовать. Вчера было рано, завтра будет поздно, наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами!
Частое повторение слова «будет» Андрея Михайловича не смутило. Нужно действовать! И всё будет!
В первую очередь позвонить. Кто ещё поможет, как не старые проверенные друзья?
Вызываемый абонент ответил после третьего гудка, будто ждал звонка. Может и в самом деле ждал, кто этих генералов знает:
– Слушаю тебя, Михалыч.
– Коля, привет. Ты как к нескромным вопросам относишься?
– Если в меру нескромные, то положительно отношусь.
– А к наглым просьбам?
– Да как тебе сказать… А что, какие-то проблемы?
– Особых проблем нет, но есть небольшая просьба. Ты подарок с прошлой встречи помнишь?
– Лодку с мотором?
– Почти угадал.
– Ты про…
– В точку, Коля. Там был хомячок такой прожорливый.
– Это который с калашным рылом в суконный ряд лез?
– Угу. Мне бы во временное пользование десяток таких хомячков, желательно с хорошим запасом кормов.
– Типа, на передержку? – поддержал игру в конспирацию собеседник. – А харя у тебя, Михалыч, от таких кормов не треснет?
– Коля, очень надо. Вспомни, я у тебя что-нибудь когда просил?
– Если не считать те две железнодорожные цистерны с бензином в девяносто девятом…
– Коля, не будь таким мелочным.
– Михалыч, а если я подъеду?
– Лично хомячков привезёшь? Общество любителей домашних животных только одобрит этот благородный поступок.
– Ага, и Ваньку с собой прихвачу.
– Давай! Слабо прямо сегодня прикатить?
– Почему же слабо? – оскорбился собеседник. – Сейчас выезжаем. Водки сколько брать?
– Лучше мыла возьмите, а то с прошлого раза кончилось. Грязно тут у нас.
– Насколько грязно, Михалыч?
– Выше макушки.
– Вот же… мать… Ладно, резиновые сапоги и сменную одежду тоже прихватим.
– Очень надеюсь.
– Жди, скоро будем.
Андрей Михайлович прекрасно понимал, что даже у генералов существует ефрейторский зазор по времени, и не ждал, что старые друзья приедут вот прямо сейчас. Пока соберутся, пока согласуют рабочие вопросы… опять же, без подарка в гости ездить неприлично. Там минута ушла, здесь час пролетел, вот и сутки прочь. Если завтра к вечеру будут, и то верх пунктуальности. А то и послезавтра с утра, потому что рукотворное болото на лесной дороге не так-то просто форсировать даже на полноприводной машине.
