Кирилл всегда считал, что материальное благополучие дает человеку силу, независимость и защиту от унижений. Проявив все свое усердие, он достиг того, что хотел, но при этом не смог оградить себя от измены и предательства, от отчаяния и безысходности, от ощущения внутренней пустоты и безрадостных серых будней, тем не менее, он продолжал следовать своим убеждениям. Тогда жизнь выставила ему ещё пару, более суровых, счетов. Стоит ли продолжать платить по счетам или пора пересмотреть свои ценности?
Бывают в жизни такие периоды, когда уже ничего не радует, пропадают желания и наступают серые будни. Каждый следующий день похож на предыдущий, и нет сил его чем-нибудь украсить. Все принятые на себя раньше обязательства уже не хочется выполнять, всё чаще появляются уныние и неудовлетворённость. Катишься по своей колее жизни, медленно снижая скорость, и затормозить резко боишься. А вдруг всё изменится к худшему? Так хоть знаешь, что быт налажен, жизнь не отличается от остальных семей, но почему-то в душе пусто, как – будто из неё всё выплеснулось, и нет, ни радости, ни эмоций, а только, леденящая душу, пустота. Это состояние вынуждает жить в маске, чтобы не нарушать социальные контакты и снять её не хватает сил, да и желания тоже. Зачем кому-то знать, что ты живешь не своей жизнью, тем – более, когда не знаешь, как всё изменить. Кирилл как раз и был в таком расположении духа в последнее время.
Началась весна. Солнце светило ярко, и тающий снег растекался ручейками, словно плакал, прощаясь с зимой, а холодный ещё ветерок пытался его успокоить. Природа просыпалась, ей очень хотелось поменять свой наряд и своими новыми яркими красками радовать всех, кто её замечает.
Кирилл сидел, прикрыв глаза, на заднем сидении своего служебного джипа и пытался расслабиться. До города почти двести километров и есть время подремать. Водитель сделал тише музыку и не беспокоил своего начальника разговорами. Кириллу действительно не хотелось общаться, ему вообще ничего не хотелось, хотя в его жизни всё складывалось замечательно. Деловая встреча, на которую он ездил, прошла успешно. Скоро его строительная фирма начнёт возводить престижный коттеджный посёлок, да и с солидным заказчиком ему повезло. Они осмотрели территорию под строительство и утвердили начальные мероприятия. Скоро на этом месте закипит работа. Работать Кирилл умел, и всё время был занят только этим.
Свою строительную фирму он создал двадцать лет назад, и со временем ему стали доверять самые ответственные и лучшие объекты. Вот и сейчас ему достался, как говорят, «лакомый кусочек», но его даже это не радовало.
«Что со мной происходит? – думал он. – Почему всё так опостылело? Ладно, там, на работе. Можно списать на то, что я устал, а вот дома точно ничего не радует. Прихожу поздно, жена уже даже не ворчит на то, что мы мало общаемся. Она переключилась на себя, и занимается только собой и домом. Сын закончил учебу за границей, но возвращаться не собирается, всё ищет какие-то причины. Зато деньги просит постоянно. Мне всего пятьдесят лет, а я живу как робот, без проявления всяких чувств, но ведь раньше же они были. Я любил свою жену. Лиза тоже отвечала мне взаимностью. Куда всё делось?»
Кирилл провалился в свои мысли, и они увели его в воспоминания о юности…
…Мама мыла на кухне посуду, когда он потихоньку зашёл домой и сразу направился в свою комнату. Кириллу было двадцать четыре года. Он окончил строительный институт и работал в проектном отделе. Парень он был обыкновенный, с виду ничем не примечательный, высокий, темноволосый, с короткой стрижкой, худощавый и в очках, через которые можно было рассмотреть его карие глаза.
– Сынок, это ты? Кушать будешь?
Он не ответил. Алевтина Сергеевна посмотрела ему вслед, отерла руки о передник и прошла к нему. Кирилл лежал на кровати, свернувшись в клубочек, и смотрел в одну точку. Мама, глядя на него, почувствовала, что он страдает. Она присела рядом и спросила:
– Сынок, ты поссорился с девушкой?
Он молчал, только ещё ближе подтянул колени к груди. Мама нежно погладила его по спине.
– Не переживай, всё наладится.
Сын резко вытянулся и, отвернувшись к стене, буркнул:
– Не наладится. Она меня бросила.
– Была причина? – с беспокойством спросила мама.
Кирилл не отвечал, потом сел на кровати и положил голову ей на плечо. Он заметил, как её пальцы аккуратно заворачивают передник в трубочку, а потом также аккуратно расправляют его. Нижняя часть фартука была украшена аппликациями фруктов, и они, то исчезали, то опять появлялись, привлекая к себе внимание. Кирилл знал, что она переживает за него, и добавил немного нежности в интонацию своего голоса.
– Мам, она сказала, что её тошнит от моей правильности.
– Что она имела в виду?– спросила мама и посмотрела на сына, который поднял голову с ее плеча и смотрел перед собой куда – то вдаль.
– Вот её слова: «Ты весь такой правильный, меня, аж тошнит от тебя. Ты даже выпить толком не можешь и меня всё время учишь, как жить. Не надо делать из меня святую. Это моя жизнь, как хочу, так и живу. А ты правильный, да нищий. Будет наоборот, тогда приходи».
Алевтина Сергеевна непроизвольно вздрогнула и тихо спросила:
– А почему она стала тебе это говорить?
– Она меня пригласила в бар, а я сказал, что там много пьют и очень шумно, – ответил Кирилл. – Если честно, то у меня не было денег на бар.
– Надо было взять, ты же знаешь, где деньги лежат, – мама говорила с волнением. – Тем более, что ты мне почти всю свою зарплату отдаёшь.
