После еды стало хорошо, правда, добраться до кровати оказалось тем ещё испытанием… Регенерацию же запустил лишь на самый минимум, иначе она меня осушит до самых костей.
Зато здесь есть телевизор, а также камера в углу под потолком… Так что надо вести себя тихо-мирно и собирать информацию. И ещё! Я всё же ощутил, что здесь куда выше уровень Лим-излучения. И пусть его куда меньше, чем от Хами, но это значительно облегчает возможность побега.
Время суток я не знал, так что смотрел телевизор до момента, пока не принесли ещё еды, а потом сказали спать. И что я могу сказать… Здесь куда больше каналов, чем у бабы Люды.
Это было важно, ведь я нашёл новостной канал. И узнал, что в какой-то там двенадцатой Зоне, в Италии, был крупный прорыв. И показали кадры сражения…
Какие-то шагающие машины бились с полчищами Граз! И это не только пехота, но и тяжёлые жуки. Да были даже и летающие. Это означает что у них здесь есть полноценные военные гнёзда… Судя по всему, они и находятся в этих самых Зонах.
Как? Почему? И зачем? Ни на один вопрос у меня нет даже приблизительного ответа. К тому же я не понимаю, как Граз живут на этой планете, ведь для жизни им нужна своя, токсичная атмосфера…
Мне нужна информация! В интернет сейчас не попасть, камера-видеонаблюдения мешает. И не взломать. Нужен Модуль дистанционного воздействия, или более продвинутая версия Хакера. Проблема, но решаемая. Главное — выбраться отсюда. Желательно живым.
Не уверен, что смогу сохранить разум при гибели этого тела. А если и получится, то какую часть я смогу перенести? Спасательный модуль на орбите в плачевном состоянии, а ядро Гено-ИИ почти разобрано. Но даже если всё удастся, и я получу возможность попробовать снова, сколько времени уйдёт на накопление энергии? За это время Граз смогут меня найти и уничтожить.
Д-ИИ что-то ответил, но я уже не слушал. Закрыв глаза почти мгновенно погрузился в сон. И, казалось бы, только уснул, как был разбужен методом «землетрясения».
Меня трясли, и весьма грубо, пока я не открыл глаза. Сразу же увидел сальную харю. Это был незнакомый мне полицейский и, судя по выражению лица, крайне недовольный.
— Проснулся я, проснулся… — проворчал я и присел на кровать, но тут же поморщился. Действие обезболивающего закончилось.
Оказалось, что меня вновь ведут на допрос, но теперь с адвокатом — человеком, который должен защищать мои права. Но сперва у нас с ним состоялся разговор «наедине».
— Андрей, чтобы помочь тебе, я должен знать, как всё было, — тут же настоял адвокат. Им оказался худой мужчина в очках. Одет он был в серый строгий костюм. На столе лежал дипломат, а также телефон.
— Я пришёл поискать полезный мусор, но ничего не нашёл, вот и всё, — в очередной раз повторил я. Но конкретно адвокату говорю впервые.
— Мусор? — приподнял тот бровь.
— У вас проблемы с мусором? — ухмыльнулся, глядя ему в глаза. — Для нас, бездомных, это единственное средство к существованию.
— А ну да. В деле сказано, что у вас амнезия и вы бомжуете, — он посмотрел в пустоту и скрестил руки на груди. Видимо, размышлял.
— Бомжую, — подтвердил я. Интересное слово и полностью описывает мою ситуацию.
— Понятно… что ж… — задумался тот, видно, что он потерял ко мне интерес. Интересно, почему? — В общем, Алексей, дела таковы…
— Андрей, — перебил я его. — Меня Андрей зовут.
— Плевать, — помахал тот ладонью. — Подписывай документы. И тебе скостят срок. Строгача не дадут, два, максимум четыре года колонии-поселения. Но можешь за полгода освободиться, если пойдёшь на Фронтир.
— Подписывать что? У меня нашли деньги, чтобы меня обвинять? — поинтересовался я.
— Скажи спасибо, что на тебя все висяки отдела не повесят! Подписывай и не е** мне мозги! — он резко встал и покинул кабинет, после чего пришли полицейские.
И как же они были удивлены, когда я отказался подписывать что-либо. Ещё и прочитать успел.
— Серьёзно? Вы и правда считаете, что я подпишу это? — я посмотрел на того сальнолицего и второго, который был болезненно худым.
— Уже подписал, — ухмыльнулся худой и поставил закорючку, написав Алексей.
— Меня вообще-то Андрей зовут, — рассмеялся я. — К тому же, насколько знаю, легко доказать, что почерк не мой.
