А что пока результатов нет, так и времени всего два дня прошло. Может, в катакомбах встретится что-то представляющее интерес. И заодно под посещение городских подземелий выбью себе хоть чуть-чуть личного времени. Ведь дел накопилось выше крыши. Новые наваливаются, а старые никуда не деваются.
Например, надо получить ренту с акций. Ладно те, что купец дал мне за прощение сына, ими мой эконом займется, а другие? Акции иностранных компаний, что прошлый хозяин дома в тайнике спрятал. Как с них доход получить? Не проедешь же в карете, запряженной четверней, по иностранным представительствам торговых домов. Тестя просить?
С деньгами надо подвести итоги. Не абстрактные цифры в бумагах, а понять, на что могу рассчитывать в самом крайнем случае. Бюджет сверстан, экономом сведен по всем поместьям и расходам, Кидором – по домашнему хозяйству и мой собственный. Там мне на личные расходы сколько-то дукатов ежемесячно предусмотрено, есть на помощь родителям. Однако если вдруг понадобится больше, что делать буду, а?
В башне осталась корзина со странными семиугольными монетами, полученными за лечение малышки. Фунтов двадцать чистого золота. Шкатулка с тысячей дукатов от Торана. Мы с Кидором решили их оставить, как последний резерв. В доме дяди я припрятал две сотни золотых и шкатулку с драгоценными камнями, взятую в спальне герцога. Об этой заначке никто не знает. И не узнает. Вдруг чего случится? Вдруг понадобятся никем не учтенные деньги.
– Я твердо решила – больше Стаха не люблю.
– Почему?
– Слышала, как мама с папой про Лаурку говорили и называли его Лаурин любодей.
– Ух ты! А это что такое?
– Точно не знаю, но наверняка что-то с любовью связано.
– А! Давай тогда я в него влюблюсь! Мне уже почти одиннадцать, уже пора по кому-нибудь вздыхать.
– Нет, рано еще тебе. И вообще, охота после Лаурки в Стаха влюбляться?
– Ты же влюблялась!
– Я тогда маленькая была, всего двенадцать лет, многого не понимала. Теперь мне стукнуло тринадцать, и я все поняла. Давай лучше обе в Ластрыгина влюбимся!
– Почему?
– Во-первых, он на приемах у мамы такие нежные арии поет. Во-вторых, у него усы почти ниточкой, ни у кого таких нет.
– Мне он не нравится, без орденов совсем.
– Я решил зайти сразу с козырей и поговорил с его величеством. Только слухи о его присутствии на призыве могут обеспечить полный храм прихожан.
– И как государь?
– В целом идея о полном отпущении грехов ему понравилась. Поинтересовался о действенности такого вида богослужения. Я его ободрил и рассказал о записи в архиве.
– То есть он согласился приехать?
– Пока согласился только подумать.
– Уже что-то.
– Зато обещал вызвать барона Тихого, чтобы я в его присутствии попросил свиток. При государе барон не сможет отказать.
– Это да, ход хороший. Ваше преосвященство, а не стоит ли в таком случае попросить дополнительных преференций? Мы же очистим от грехов целую тысячу прихожан!
– Сейчас не время. После молебна и очищения его величество будет в умилении, вот тогда никак не сможет отказать в просьбе.
– Дорогая, надо что-то делать, причем срочно! Я перехватываю уже третье письмо нашей дочери к барону Тихому.
– Да, это нехорошо… Что она пишет?
– Просит не сердиться на тетю Несту и приехать к нам. Ей нужно встретиться и рассказать что-то важное.
– Что именно, не рассказывает?
– Мне – нет.
– Как она письма отправляет?
– Последний раз принесла под юбкой куклы и бросила в почтовую корзинку. Хорошо, что у меня есть привычка перебирать конверты перед отправкой на почту.
– Я поговорю с Терезочкой. Скажу, что девочкам…
– Брось! Ты сама знаешь, что говорить нужно с Нестой.
– Но мы же решили…
– Нет. Решили вы с Нестой. План налаживания отношений составили тоже вы. Не приплетай меня к вашим провальным решениям. Сейчас речь идет не о политике, а о нашем ребенке. Единственном ребенке.
Утром меня уведомили, что в десять утра государь ждет меня на совещании по вопросу, который касается церкви. Несколько странно – почему я? Но там скажут. Точно! Сказали! Такое, что волосы дыбом встали. Его преосвященство попросил:
– Барон, вас, как верного прихожанина и сильного волшебника, хочу попросить написать для нужд храма свиток вызова существа с иного Плана. Сразу скажу – ангела. Круг заклинания – восьмой.
– Ваше преосвященство! Не по силам мне такое!
– Почему же? – удивился первосвященник. – Вы магистр, пользуете заклинания восьмого круга.
– Не обучен. Вся магия, что знаю, из школ Жизни и Огня, из родовой памяти. Школой Вызовов и Призывов ни по отцу, ни по матери предки не увлекались. Быть может, если хороший учитель покажет, месяца через три, а то и полгода мелкого Огненного элементаля призову или мышь какую, не больше.
