— Вы все сдохнете! Вас Бог не простит! И никогда, запомните это! — никогда вам не видать Максовских денег! А ты, сука, никогда больше не увидишь своего ребенка! Я найду Макса, я отдам ее ему, и он никогда, — слушай, гадина, и запоминай! — никогда не отдаст тебе твоей дочери! Потому что ты не человек! Ты тварь! И вы все сядете в тюрьму! И я никуда отсюда не уеду, пока вас не засажу! И Макса я найду! Даже не надейтесь, что вы меня запугали! Вы меня не запугали! Вы меня довели до бешенства, и я… Я вас всех!.. Всех! Просто не боюсь!
Я кинула трубку на пластмассовый корпус аппарата так, что он, возможно, раскололся на куски. Мне было все равно… Я даже не оглянулась.
— …если у вас наблюдаются затруднения в дыхании, немедленно позвоните своему лечащему врачу. Бета-блокаторы могут вызывать бронхоспазм и провоцировать приступы астмы. Поэтому не следует использовать бета-блокаторы, если вы страдаете от астмы, бронхоспазма, хронического бронхита или эмфиземы… — продолжала рассказывать женщина по радио.
Диким зверем я металась по комнатам в поисках своей сумки, Сумки, разумеется, нигде не было. Забрали, ублюдки! К черту сумку! Не в сумке дело! Найти Макса! Немедленно! Во что бы то ни стало!
Я вынеслась в коридор. Схватила одной рукой пакет с продуктами (Будем жрать! Будем сильные! Выживем! — пульсировало у меня в голове), другой подхватила совершенно обалдевшую Дашу за локоть и почти волоком вытащила из подъезда.
Пенсионерки уставились на меня с готовностью, как будто ждали.
— Вон, эти молодые матери, посмотрите! Ребенок у нее голодный, небось, горбушку ест. Сама вся лохматая, и дочка, как замарашка! Тьфу!
Я остановилась на секунду и, посмотрев бабкам прямо в глаза, заорала диким голосом:
— Молчать, я сказала!
Сидящие на лавочке тут же замолчали. «Мы — не рабы. Рабы — не мы», — почему-то возникло у меня в голове.
Дернув Дашу за руку так, что та чуть не упала, стомильными шагами я зашагала прочь от дома. В голове пульсировало одно слово: НЕ-НА-ВИ-ЖУ!!!
Зайдя за ближайший угол, я остановилась отдышаться и оглядеться, нет ли за нами погони.
Погони вроде бы не было. Двор выглядел тихо и мирно. Скрипели качели, пели птицы, никаких подозрительных мужиков, ментов и джипов не видно. Наверное, мы с девочкой так долго добирались сюда от цирка, что бандиты уже потеряли надежду, что мы вообще вернемся, и ушли. Который час?
Я механически посмотрела на свое правое запястье.
Ах, да! — вспомнила я. Часов-то у меня больше нет! Сумки «Hugo Boss» — впрочем, уже тоже.
— Куда мы идем? — спросила Даша.
Куда мы идем — я не знала.
— В метро, — отчеканила я сурово.
— Зачем в метро?
— Затем. Кататься будем!
— Не хочу кататься!
— Хочешь!
Оставаться во дворе было опасно и незачем. Я опять свирепо потащила девочку за собой. Даша еле успевала перебирать ногами.
Выйдя на Тверскую, оглянулась. Бандиты меня в городе, наверное, просто так не найдут. Город большой. Слава богу! Но вот то, что у каждого милиционера теперь есть мое описание, меня совершенно не радовало.
Постоянно оглядываясь, я дошла до метро и встала в очередь к кассе.
Почему в России до сих пор ничего нельзя сделать с очередями? Везде, где можно и нельзя, пусть чуть-чуть, но тебя обязательно заставят постоять. Наверное, здесь до сих пор такие психологические критерии: если очереди нет совсем, то просто закрывают лишнее окно, чтобы хоть небольшую очередь, но создать. Ох, как же не просто, а главное — не быстро изменить менталитет! Это тебе не денег где-то наворовать и евроремонт сделать!
Простояв минут пять, я оказалась, наконец, у окошечка кассы.
— Сколько стоят две поездки? — спросила у сидевшей в окошке тетки.
— Там написано.
Я не поняла.
— Где написано?
— Прямо перед вами. Читайте.
Я подняла глаза. Вся стеклянная стена кассы была густо увешана объявлениями. Висели какие-то бумажки с цифрами, правилами провоза багажа, пользования метрополитеном, и вообще бог знает чего тут только не было! Побегав с полминуты глазами по вывешенным бумажкам и так и не найдя желаемой цены на две поездки, я опять нагнулась к окошку.
— А вы что, не знаете наизусть, что ли? Зачем я буду читать? Тут же очередь скапливается.
— Читайте, — процедила опять сквозь сжатые губы повелительница метрополитена.
Меня опять взорвало приступом бешенства. Я обратилась к очереди:
— Все могут идти, откуда пришли! В метро вы больше не попадете. Я сейчас читать буду! Я сюда читать вообще пришла! Сейчас вот надену очки и зачитаюсь на полчасика, сколько стоит этот чертов билетик на две поездки.
Читать я не стала. Меня опять затрясло. Даша смотрела на меня испуганными глазами. Очередь тоже почему-то не стала мне подсказывать, сколько стоит билетик. Я закрыла глаза и вздохнула. И меня осенило! Я вовсе не обязана давать деньги без сдачи!
Бросив в окошко самую крупную из имеющихся у меня купюр (этого-то уж точно должно хватить, сколько бы он там ни стоил, этот билетик!), я приказала:
— На две поездки!
Кассирша послушно дала мне прямоугольничек билета и стала не спеша отсчитывать сдачу.
