«
Едва прочитав последнюю строку, женщина беззвучно разрыдалась. Слёзы крупными каплями потекли из глаз. Они стекали по щекам и капали на одетое по торжественному случаю укороченное бежевое пальто, отставляя на нём едва заметные тёмные пятнышки. Проходящие мимо люди оборачивались, глядя в её сторону. А какой-то пожилой долговязый мужчина даже поинтересовался, всё ли у неё в порядке…
Но сейчас её мало что волновало. Она стояла посреди тротуара, безвольно опустив плечи и устремив взгляд серых глаз в пустоту. Ветер трепал в разные стороны светлые волосы, обдавая ноябрьской зябкой прохладой лоб и щеки.
И всё же по какой-то необъяснимой причине с каждой секундой ей становилось всё легче и легче. Киряк с удивлением отмечала, что накопленный груз внутренних иллюзий, годами удерживающий её на одном месте, исчез. Вместо этого каждый новый вдох наполнял грудь уже давно позабытым чувством… внутренней свободы.
***
Наступил вечер.
Время всё быстрее и быстрее приближалось к девятнадцати часам, той самой незримой черте, преступив которую капитан уголовного розыска захотела круто изменить дальнейшую жизнь.
Да-да… именно изменить.
Если бы вы сейчас посмотрели на неё со стороны, то наверняка бы не узнали. В коридоре однокомнатной служебной квартиры стояла не замученная и вечно уставшая оперативница, а… женщина-вамп.
Светлые волосы были уложены в замысловатую прическу, на веки нанесены аккуратные тени, а губы, что совсем уж не характерно для Киряк, вызывающе накрашены сочной помадой темно-вишнёвого цвета. Обтягивающее укороченное тёмно-синее платье с глубоким вырезом до поясницы имело явный сексуальный подтекст, прекрасно подчеркивая её спортивную фигуру. На ногах красовались изящные чёрные туфли на высоких каблуках.
Завершала образ маленькая золотая подвеска с крохотным бриллиантом, посверкивающая на шее у женщины. Это украшение было у неё единственным, но зато самым дорогим. То была память о матери, покинувшей этот мир пятнадцать лет назад.
Подвеска все эти годы хранилась в маленькой шкатулочке, глубоко спрятанной в платяном шкафу. Но именно сегодня, понимая, что она стоит на пороге радикальных перемен, Олеся Сергеевна внезапно вспомнила о ней. Решение пришло молниеносно – сегодня впервые со дня смерти матери она наденет её на себя.
Когда прекрасная незнакомка вошла в зал кафе «У Петровича», правда с небольшим опозданием, что также было несвойственно для пунктуальной Киряк, сослуживцы замерли в немом изумлении. Такой своего капитана они не видели ещё никогда. Едва прошёл первый шок, мужчины оживились, став активно за ней ухаживать.
Олеся Сергеевна была по-своему счастлива. Наконец-то ей удалось растопить лёд в сердцах мужской части своего отдела, произведя на них должный эффект. Что и говорить, даже её главный гонитель – подполковник Шереметьев – и тот не смог удержаться.
– Вот такая Олеся Сергеевна нам нравится! Правда, товарищи милиционеры? А то, дайте ей какое-нибудь дело раскрыть!.. Вот оно, капитан Киряк, ваше лучшее дело – быть красивой женщиной, – обратился к подчиненной уже немного подвыпивший подполковник, после чего поднялся из-за стола, чтобы произнести очередную речь.
