Сразу же после обеда старший следователь областной прокуратуры Ермолаев официально известил начальника отдела уголовного розыска Шереметьева, что дела, возбужденные по фактам убийства двух криминальных авторитетов – Никитина и Лоськова, для дальнейшего расследования его ведомство забирает себе. Одновременно с этим в помощь себе Константин Львович откомандировал двух сотрудников, а именно: следователя Озерова, в качестве помощника по следственной части, и старшего лейтенанта Сидорова как оперативного работника. Объяснять причину подобного выбора Ермолаев не стал, согласовав всё лишь на уровне главного прокурора области.
Собрав новых подчиненных у себя в кабинете, Константин Львович обозначил основную цель разработки – бывшего сотрудника кафедры нормальной анатомии, а ныне пенсионера, Рудольфа Яковлевича Ланге. И первым заданием для этой объединенной группы стал выезд для проведения обыска в квартире, где проживал вышеупомянутый гражданин.
Уже через двадцать минут Сидоров и Озеров прибыли к старенькому двухэтажному дому барачного типа. Около подъезда их уже поджидал местный участковый, которого они сразу же оправили за понятыми.
Поднявшись на второй этаж, сотрудники милиции позвонили в дверной звонок, однако дверь им никто не открыл. Тогда следователь Озеров, явно в расстроенных чувствах, ввиду того, что его привлекли к этому расследованию, и, желая хоть на чём-то выместить свою злобу, со всех сил забарабанил кулаком в дверь.
Результат не заставил себя долго ждать. Дверь квартиры напротив медленно отворилась, и на лестничной площадке показалась вызывающе накрашенная дама габаритной наружности с ярко-рыжими волосами.
– Ну, чего расшумелись-то, ребятки? Не видите что ли, старый человек не открывает? Нету его дома, наверное. Чего хотели, можете мне сказать? Я когда его увижу, то всё передам.
– А вы, женщина, собственно, кто будете? – строгим голосом спросил старший лейтенант Сидоров, нахмурив брови.
– А ты кто такой, мужчинка? – ничуть не испугавшись, вызывающе ответила тому грозная баба.
– Старший лейтенант уголовного розыска Сидоров, – так же строго заявил милиционер, показав служебное удостоверение. – А вот кто вы такая, что так с милицией разговариваете?
– А у вас на лбу не написано, кто вы такие, – пробурчала та.
Она уже собиралась зайти обратно к себе в квартиру, но в этот момент в разговор вмешался следователь Озеров, который, не сдержавшись, зло выкрикнул:
– Так, быстро отвечайте! Кто вы такая и кем приходитесь гражданину Ланге?
На этот раз женщина проявила себя уже более покладисто и в ответ послушно произнесла:
– Меня зовут Валентина Потапенко. Я проживаю в квартире №11. А Рудольфу Яковлевичу я никем не прихожусь, просто соседка.
– Когда вы в последний раз его видели? – всё в той же агрессивной манере продолжил допрос следователь.
– Да сегодня и видела… где-то с час, наверное, назад. Он впускал к себе в квартиру какую-то старушку, а я в тот момент как раз из магазина вернулась. Щас, думаю, на ужин котлеток нажарю, картошечки свеженькой отварю… Да с солёным огурчиком, да под холодненькую беленькую… – подмигнув Озерову, неожиданно заигрывающим голосом хрипловато «пропела» гражданка Потапенко, бесстыдно строя глазки Николаю Петровичу.
Тот сделал вид, что откровенных намёков со стороны габаритной дамы не понял и, насупившись, замолчал.
– А что случилось-то? – поинтересовалась она, всё так же без отрыва, в каком-то немом восхищении глядя исключительно на следователя. – Только же на прошлой неделе сотрудница ваша из уголовного розыска приходила. Как её?.. А, кажется, вспомнила – Олесей Сергеевной назвалась. Зачем вам Ланге вновь-то понадобился?
Милиционеры быстро переглянулись, но своего удивления постарались не выказывать.
– Да, вот опять понадобился, – небрежно вымолвил оперативник Сидоров, поскольку Озеров по-прежнему упорно молчал, явно не желая больше разговаривать с этой беспардонной бабищей.
– Понятно, – отозвалась Валентина, всё ещё не отрывая взгляда от Николая Петровича.
– У нас постановление на обыск в его квартире, – произнеся это, старлей достал из внутреннего кармана куртки требуемый документ, – так что сейчас понятой пойдете.
– А… понятно. Ну, это другое дело… А что, если он опять к себе в деревню уехал? Да ещё и надолго? Как вы тогда к нему в квартиру попадете? Замок ломать будете? – с хитрым прищуром, подчеркнутым вульгарно накрашенными стрелками, поинтересовалась Потапенко. – А то я бы смогла вам помочь, но… при одном условии. Если вот этот красавчик меня лично об этом попросит.
И ничего не стесняясь, женщина кивнула в сторону следователя Озерова.
От столь откровенных намёков Николай Петрович помрачнел ещё больше, но, кое-как сдержавшись, снова промолчал. Тогда Валентина, видя, что флирт её терпит фиаско, решила пойти другим путём.
