Девон нахмурился. Странно, как приятно ощущать его рядом с собой. Я не чувствовала себя более одиноко, чем когда узнала о предательстве Алека и ОЭС, но утешительно знать, что у меня есть Девон.
— Ты узнаешь ее, если она выглядит, как в двадцать?
Я пыталась вспомнить лицо своей матери, когда видела ее в последний раз, но это было более двух лет назад. Я наклонилась, положила сумку на ноги и достала фотографию матери, которую нашла в файле — но оставила фото с Абелем и моим братом, Закари.
— Я думаю, мне будет легче, если она выглядит моложе, как когда жизнь состояла из счастливых воспоминаний. Честно, я почти не помню, как она выглядела два года назад, — я протянула фото Девону. Он посветил на нее фонариком, чтобы лучше рассмотреть. — Я на этом фото, — объяснила я, — и, насколько мне известно, именно так моя мать выглядела в свои двадцать.
Выражение лица Девона смягчилось.
— Вы с мамой так счастливы здесь.
Я взглянула на нее — на любящую улыбку, на ее гладкую кожу, на то, как она прижимала меня к себе. Я широко улыбалась, демонстрируя первые несколько зубов, и казалось, что я не могла быть счастливее, чем на коленях матери.
— Я думаю, мы были счастливы в то время.
— И что произошло? — Девон вернул мне фото, и я спрятала его в свою сумку, где оно не могло подпитывать горькие воспоминания.
Я спрашивала это у себя так часто, но никогда не понимала, и лишь теперь была уверена, что знаю ответ.
— Мы часто переезжали. Раньше я думала, что моя мать беспокоилась, что кто-то узнает о моем Изменении, но теперь я думаю, что она убегала от Армии Абеля.
— Если она так беспокоилась об Армии Абеля, почему не вернулась к ОЭС? Ты сказала, что она жила в штабе несколько лет, правильно?
Девон передвинулся, и соприкосновение наших плечей вызвало мурашки на моей коже. Все еще странно было находиться так близко к Девону; я всегда думала, что Алек будет со мной, если моя жизнь развалиться. Никогда не думала, что он станет причиной, по которой она испортится.
Я почувствовала, что Девон уставился на меня.
— Я не знаю, — ответила я. — Но мне нужно это выяснить. Вот почему мы должны найти ее, — я пыталась вернуться к счастливым годам с матерью, но ранние воспоминания почти полностью выцвели. — Не думаю, что счастливый период длился долго. Я думаю, что она исчезала довольно часто, но именно первые признаки моего Изменения действительно заставили ее убегать. Оно напомнило ей обо всем, что она так сильно пыталась забыть. Я думаю, именно тогда она бросила все и начала ненавидеть меня.
Девон потянулся к моей руке и сплел наши пальцы. Он сделал это так просто и обыденно, будто мы были друзьями.
— Она не ненавидит тебя, — сказал он мягко. Но он не знал. Девон никогда не встречался с моей матерью, никогда не видел отвращение в ее глазах, когда она узнала о моем таланте.
Я ничего не сказала, просто закрыла глаза.
• • •
Не уверена, сколько я спала, но по ощущению - не более двух часов. Я подняла голову, пытаясь понять, что меня разбудило. Свет фар осветил нашу палатку. Я осторожно выглянула в щель. Не считая света фар, на улице было темно, но я смогла разглядеть полицейские огни на крыше машины.
— Девон, — прошептала я, тряся его плечо. Он перевернулся, моргая от недосыпа.
— Что случилось?
— Полиция, — тихо сказала я. Девон поднялся, дико осматриваясь. — Они ищут нас. Тебе нужно выйти и спрятаться где-нибудь. Быстро!
Он поднялся на колени, растерянно смотря на меня.
— Почему?
— Быстрее, — прошептала я. — Я буду в порядке, а тебе нужно спрятаться.
Когда полицейская машина заехала на парковку, деревья скрыли наш кузов с их поля зрения.
— Сейчас.
Я вытолкнула Девона из палатки. Он с мягким стуком ступил на асфальт и бросился к кустам за грузовиком, спрятавшись за ними на корточках. Мы не могли рисковать быть пойманными. Я сорвала свою одежду, засунула ее в спальный мешок, потом схватила спортивные штаны и футболку из сумки Девона и осторожно проскользнула в них.
Скрип шин по асфальту послышался совсем рядом. Полицейская машина припарковалась рядом с нами. Я глубоко вдохнула, вспоминая внешность дяди Скотта, и позволила ряби поглотить меня. Я слышала рядом их шаги и видела луч фонарика, приближающийся к палатке. Я лежала очень тихо, пока дрожало тело, превращаясь в дядю Скотта. Хотела бы я, чтобы трансформация проходила быстрее. Если полицейские поймают меня на превращении, у нас будет куча неприятностей.
Когда рябь в теле утихла, полицейский остановился перед входом в палатку. Он постучал фонариком по кузову грузовика.
— Это не лагерь, — крикнул он. — Выходите.
Я притворилась, что просыпаюсь и подползла к выходу палатки, высовывая голову наружу. Боковым зрением я видела Девона, сидящего на корточках в кустах, и в тот же миг увидела мерцание у полицейской машины. Через мгновение вместо нее появилась другая машина. Что за черт?
