К подошла к окну. Там парк, улица, город… продольные и поперечные полоски между плитками тротуара, К очень любит наступать на эти швы, хотя иногда приходится укорачивать или удлинять шаг. Похоже на игру. Каждый день она едет домой из школы на автобусе. Он красный, как кровеносный сосуд, а она – кровяной шарик, автобус переносит ее из одной части тела Стокгольма в другую. Подвыпившие и шумные дядьки на заднем сиденье ее пугают. И громогласные подростки пугают – ничего хорошего не жди. И Рикарда, мальчика из ее класса, тоже побаивается, у него голос громкий и противный.
– Мама, а что такое шалава? – спросила она как-то маму. – Он меня назвал чертовой шалавой.
А еще как-то Рикард сказал, что можно захлебнуться чайной ложкой воды и что лужи на мостовой тоже очень опасны: можно утонуть. Теперь каждый раз, когда она видит дождевую лужу, всегда вспоминает: можно утонуть.
А вот собак она любит. И очень любит подружку Хелену с Хантверкаргатан, 44[28]. Как может быть простой адрес таким звонким, интересным и загадочным? Вся эта длинная красивая улица – как продолжение самой Хелены. Будто воздух тут соткан из ее дыхания, а пыльная одежда на распродажах побывала в ее руках, ну если не в руках, то рядом. Шоколадные волны норковых шкурок в витринах меховых магазинов очень похожи на волосы Хелены – хозяева наверняка косились на проходящую Хелену, когда раскладывали шкурки для привлечения покупателей. Хелена… маленькая и юркая, как белка, самая красивая белка в мире. Лучшая подруга.
Чтобы попасть к ней домой, нужно пройти через арку, через двор и подняться по лестнице. Они пьют шоколадный коктейль и слушают музыку. Хелена обожает “Битлз”. Они переодеваются и красивой походкой прогуливаются под музыку по квартире. К вообще-то больше всех нравится Джордж Харрисон: он выглядит таким печальным. “Битлз”, конечно, немного устарели, но они ей тоже нравятся, как и Хелене. И о чем-то напоминают. Никак не может вспомнить о чем, но потом доходит: о сестрах.
Дома К не говорит о сестрах ни слова. Запретная тема. Их имена помещены в склад Опасных слов, Слов-Которые-Нельзя-Произносить. У матери мгновенно темнеет лицо, когда она их слышит. Лучше не называть сестер по имени, тем более что их нет рядом. Мир стал другим, и в этом новом мире нет никого, кроме К и ее мамы. К изо всех сил старается, чтобы не только она, а вообще никто не произносил их имена, но когда кто-то говорит про сестер, мама всегда отвечает: “Они меня предали”. И добавляет: “Как раз тогда, когда я была на грани смерти, когда мне больше всего нужна была их помощь, – как раз в те страшные дни они меня предали”.
Но когда К в гостях у Хелены, все это мгновенно забывается. И склад Опасных слов словно бы уже не существует, можно говорить о чем угодно, не боясь криков и рыданий. И да, конечно, она прекрасно помнит – сестры всегда слушали “Битлз”, давным-давно, так давно, что это время, возможно, уже и не существует. Тогда они все жили вместе… у старшей сестры был синий пластмассовый проигрыватель, откидываешь крышку, и она превращается в колонку. К до сих пор помнит загадочное слово “карборунд”. Карборунд – нечто очень острое и прочное, из него делали иглы для проигрывателей. То время уже не существует, но К прекрасно помнит картинку: сестра сидит на полу рядом с этим синим проигрывателем и, закрыв глаза, покачивается под музыку.
А Хелене с Хантверкаргатан больше нравится другой лот:
