Она произносит название дома престарелых с такой интонацией, словно говорит о стране. Но дедушка о нем никогда не слышал и тотчас забывает, как он называется. Теперь туристка на пенсии и подрабатывает в ателье, шьет шляпки «клиенткам, которые еще старше, чем я сама».
– Но вы же не старая, – говорит дедушка.
– Это вы просто не знаете, сколько мне, – отвечает туристка и смеется. – Ну а вы? – спрашивает она. – Где работаете?
– Я всю жизнь работал торговцем, – отвечает дедушка. – Торговал кунжутом и духами, видеомагнитофонами и кожаными куртками, сам привозил на продажу биде из Дании и наручные часы. А теперь вот тоже на пенсии. Я живу за границей. Приехал просто детей навестить.
– А я думала, вы турист, – говорит туристка.
– Я? Турист? – смеется папа. – С чего вы взяли?
– Может, из-за пакетика из турбюро? – отвечает она.
– Ах это, это так, чтобы людей задобрить, – говорит он.
– Каких людей? – интересуется она.
– Всех, – отвечает он. – Но особенно продавцов в магазинах. И водителей автобусов. И полицейских.
Туристка размышляет немного.
– Все, кого я тут встречала, были очень добры ко мне, – говорит она.
– Это они вначале добрые, – говорит дедушка. – А потом меняются.
Туристка закуривает еще одну сигарету, но дедушке не предлагает. Он расценивает это как комплимент. Он слишком хорошо и молодо выглядит, чтобы быть курильщиком. Он рассматривает ее. Двадцать лет назад он бы ее не заметил. Десять лет назад, может, и посмотрел бы, но очень быстро решил бы, что она не в его вкусе. Сегодня он решает, что она вполне ничего. Она ж не виновата, что ей такие глаза достались.
– Я направлялась в Ратушу, – говорит туристка и встает.
– Я тоже, – произносит папа.
Они идут вдоль воды. Папа рассказывает, что хотя он и был торговцем, у него всегда хватало идей, чтобы открыть собственный бизнес. Он, например, первым придумал, что можно купить и присвоить имя звезде в космосе. У него были далеко идущие планы по поводу производства щеток для посуды, ручка которых снабжена емкостью для моющего средства. Но всякий раз кто-то другой успевал раньше него. Кто-то, у кого с деньгами и протекцией дела обстояли лучше.
По мосту они доходят до Ратуши. Туристка вслух читает путеводитель. Она говорит, что строительство Ратуши заняло двенадцать лет и на это потребовалось восемь миллионов кирпичей.
– Пустая трата времени и кирпичей, если вам интересно мое мнение, – говорит дедушка.
Они входят во двор Ратуши. Ветер стихает. Они минуют туристов с селфи-палками, парочку новобрачных, которых гоняет туда-сюда фотограф в кепке и бежевом жилете, проходят мимо целого класса голландских школьников, которые пытаются изобразить «живую пирамиду» перед классным руководителем.
– Как красиво, когда кругом столько воды, – говорит туристка. – Здесь же купаются летом?
– Да, – говорит дедушка. – Но вода очень холодная.
– И необычайно чистая, – добавляет туристка.
– Но не питьевая, – говорит дедушка. – Что бы там ни думали некоторые идиоты-политики.
Туристка кивает. Она не задает новых вопросов, но дедушка сам продолжает, он рассказывает об одном местном политике, который пригласил Олимпийский комитет и целую толпу журналистов попробовать на вкус водичку из озера Меларен в надежде, что Стокгольм выберут для проведения Олимпийских игр. Но именно в тот день вода была не пригодна для питья, и у всех членов комитета случился понос, а игры провели в Афинах.
– Как обидно, – говорит туристка.
– Так им и надо, – отвечает дедушка. – Они ж идиоты.
– Кто? – спрашивает туристка.
– Да все, – отвечает дедушка. – Но особенно политики. И Олимпийский комитет.
– Думаю, мне пора идти дальше, – говорит туристка. – Н о мне было приятно с вами познакомиться.
– А куда вы? – спрашивает дедушка.
– В Старый город, – отвечает туристка.
– Я с вами, – говорит дедушка. – Мне все равно делать нечего.
Они идут обратно по мосту. Она вчитывается в путеводитель. Он прибавляет шагу, чтобы не отстать.
– Старый город вон там, – говорит она.
– Я знаю, – отвечает дедушка.
– Я туда пойду.
– Я тоже, – говорит дедушка.
У него звонит телефон.
– Простите, я должен ответить, – говорит он и вытаскивает мобильник.
Туристка идет дальше. Это его сын. Папа объясняет, что занят. Оба вешают трубку. Дедушка с туристкой выходят на Вестерлонггатан.
– Следите за кошельком, – говорит дедушка. – Здесь полно карманников.
Они наблюдают за сменой караула у дворца.
– Сюда попадают самые трусливые солдаты, – говорит дедушка.
Они идут назад к парку Кунгстрэдгорден.
– Вон та статуя изображает короля, которого обожают шведские нацисты, – говорит дедушка.
Туристка зевает и говорит, что устала. Она хочет вернуться в свою каюту на круизном лайнере, который отвезет ее дальше в Хельсинки, а потом в Санкт-Петербург. Дедушка, будучи джентльменом, разумеется, предлагает проводить ее. Туристка говорит, что сама найдет дорогу. Дедушка настаивает на том, чтобы проводить туристку. Та благодарит, но предпочитает пойти в одиночку. Дедушка говорит, что улицы могут быть немного опасны из-за африканцев, которые торгуют наркотой.
– Никогда не знаешь, кто притаился в переулке.
