Польский фантаст Станислав Лем утверждал, что человек будущего в любых обстоятельствах и при любых изменениях должен, прежде всего, оставаться Человеком. А Человек – это тот, кто поступает этично. Значит, новый человек должен быть человечнее: добрее, справедливее, честнее, способнее к любви и пониманию Бога (во всех смыслах). Единственное, что отличает человека от животного и от самой умной машины, – это чувство Бога и чувство юмора. А значит, и этический закон должен быть для нового человека руководящим. Так станет ли он убивать?
Есть еще одна проблема, которую, как лакмусова бумажка, выявил феномен детей индиго. Это разобщенность, отсутствие понимания, сложности в общении, из-за которых многие молодые люди чувствуют себя одинокими, непонятыми. Их мечты, способности и стремления оказываются ненужными, не вписываются в существующую систему. И тогда у них появляется желание разрушить эту систему, противостоять ей, а где-то в глубине души – страстное стремление найти близких по духу, тех, кто их поймет. Такие разрушители систем были во все времена. В 60-х годах, например, их называли «хиппи», и они тоже мечтали, чтобы в мире было больше любви и понимания.
Может быть, в нас тоже живет тоска по своей стае белых ворон, и поэтому мы, читая о присущих детям индиго особенностях, находим их у себя? Мы тоже не любим очереди и давление авторитетов, задумываемся о смысле жизни и о Боге. Труднее с даром целительства, но ведь не пробовали же… А самое главное – если рядом нет людей, способных нас понять, мы тоже замыкаемся в себе и страдаем. И отношения в школе, в институте, на работе из-за этого часто не складываются. Может, мы все – дети индиго? Может, сегодня термин «индиго» заменил устаревшую «белую ворону»?
Вот что пишут те, кто узнает в себе черты детей индиго, кто ищет понимания хотя бы в Интернете (тоже яркий признак времени) и на многочисленных форумах иногда находит.
«Я не знаю, ребенок индиго я или нет, потому что мне 17 лет, и я не знаю, рождались ли дети индиго в 1987 году. Я очень и очень одинока на этой планете и постоянно чувствую себя пришельцем из другого мира, я не понимаю той злобы, зависти и тяги к пороку, которая присутствует у всех моих знакомых… Меня часто бросает в дрожь от этого холода… Я хочу изменить мир, повернуть к свету… хотя я чувствую себя гостем на этой планете, я уверена, что должна сделать ее духовнее…»
«Скажу честно, я не знаю, кто я… но по всем признакам очень похож на человека индиго, за исключением активности. Философско-аналитический склад ума, очень проницателен, развивался быстрее своих сверстников и всю сознательную жизнь считал, что школа создает лишь моральных уродов, а современное образование в университетах лишь пустая трата времени и нервов. Если верить немного в астрологию, то оттуда я знаю многое. Я мог бы научить многих моих учителей большему, чем они могли мне преподнести. Одиночество? А кто в этом мире не одинок? Я знаю то, что мне много дано. Но я знаю, что не умею этим пользоваться…. Мне 22 года, я рад был бы познакомиться с детьми индиго, если такие есть… Мне кажется, мы друг от друга сможем многому научиться… Меня интересует общение с людьми, это можно назвать моей миссией, ведь все мы живем ради ОПЫТА…»
Медики, психологи, педагоги словосочетание «дети индиго» стараются не использовать. Но особенности современных детей отмечают: и у нас в стране, и за рубежом появляется все больше невнимательных, неусидчивых, чрезвычайно активных, раздражительных и при этом – очень смышленых, с довольно высоким уровнем интеллекта, способных находить нестандартные, оригинальные решения детей. Эти удивительные «гении» с трудом обучаются чтению и письму, с трудом находят общий язык с одноклассниками и учителями, но знают, что они самые-самые, хотя во многих ситуациях плохо контролируют свое поведение. А родители часто не могут ничего сделать. «…Не знаю, такой ли мой ребенок, но очень уж похож. Хотелось бы узнать… как с ним себя вести, а то в последнее время хочется удрать от него на край света или опустить руки и ждать… только вот не знаю чего» (из письма на сайт «Дети индиго»).
Многие педагоги отмечают, что современные дети становятся менее управляемыми, не считаются с мнением взрослых, ведут себя так, как считают нужным. Они могут встать во время урока со своего места, чтобы подойти к однокласснику или вообще выйти из класса. Могут, не стесняясь, сказать учительнице, что она их «неправильно учит». На замечания они не реагируют или отвечают агрессией и бранью. И если раньше таких детей называли хулиганами и было их один-два на целый класс, то сейчас становится все больше.
