Но «такая» все никак не находилась.
– Аркаша звонил. Сюда едет, – растерянно ответил брату Кирсанов.
– Случилось что?
– Ничего не случилось. Он с другом едет.
– Вот я и спрашиваю: что случилось? – несколько раздраженно спросил Павел Петрович.
– Он сказал: все в порядке.
– Он сказал! А мозги тебе, Коля, на что? Рассуди сам, ты же детективы пишешь. Двое парней, один из которых гламурный красавчик, другой пошляк и авантюрист, насколько я понял по твоим рассказам, вдруг решили наведаться в провинцию. Потому что, как ни крути, здесь – провинция. Девок знакомых у них здесь нет, твоя Фенечка не в счет, она кормящая мать. У нее на руках полугодовалый ребенок, не до романов. А для таких парней, как Аркаша и его наставник, смазливые девицы – это главное. Возраст такой. Когда твой сын в последний раз здесь был?
– Дай-ка припомнить… – наморщил лоб Николай Петрович.
– Не трудись, – насмешливо сказал ему брат. – Плевать ему на дачу, как и всей нынешней молодежи. На все эти грядки и клумбы. На природу и прочие прелести сельского быта. И вот он едет сюда. Прежде калачом не заманишь.
– И что ты думаешь по этому поводу?
– Приедут – поглядим, – пожал плечами Павел Петрович. – Очень мне хочется взглянуть на этого Базарова. Сдается мне, занятный он парень…
Дорога показалась Женьке чрезвычайно утомительной. Как только они выехали за границу Московской области, пейзаж резко сменился. Дорога стала хуже, местами вся в рытвинах и колдобинах, кафешки встречались все реже и реже, и выглядели они теперь не как дворцы, а почти как лачуги, зато поля были распаханы в отличие от подмосковных, застроенных дачами или попросту заросших сорняками, а местами и густым кустарником. Базаров все больше хмурился.
– Вот ты говоришь: нормально народ в провинции живет, – резко сказал вдруг он. – Погляди вокруг. Ну и где оно, это нормально?
– А что? Поля как поля, дома как дома.
– Ага. А люди как люди. Ты погляди, как они пялятся на твою тачку!
– По-твоему, я на «Ладу Калину» должен был пересесть, чтобы поехать к отцу? – разозлился Аркадий.
– Упаси боже! – насмешливо сказал Женька. – Где ты и где «Лада Калина»? Просто ты должен понять: это тоже Россия. И она вся такая. А Москва… Это оазис, который питают все эти речушки, то бишь провинциальные городки и деревеньки. Оазис пышно цветет, а вокруг все загибается.
– Да где ж загибается-то? Ты глянь – поля! Все распахано.
– Правильно, потому что жрать что-то надо.
– Слушай, чего ты разошелся? Хочешь поднимать провинцию – езжай и поднимай. Иди работать в районную больницу, а не в Склиф, живи с родителями, а не… – Аркадий осекся.
– Ну-ну, договаривай. А не со мной. Я понимаю: ты меня из милости приютил, – насмешливо сказал Женька. – Не беспокойся, вернемся в Москву – я съеду. На съемную.
– Брось, – пробормотал Аркадий. – Комнат в квартире хватает. Ты меня нисколько не напрягаешь. Наоборот. Просто ты тоже должен понять: родителей не выбирают. Ну, повезло мне с предками. Хотя, если ты помнишь, мама умерла, когда мне было десять лет, – тихо сказал он.
– Ладно, извини. – Женька какое-то время молчал.
– Есть хочешь? – покосился на него Аркадий.
– Аппетита что-то нет. Перебрали вчера.
– Приедем – пивка выпьем.
– Это дело, – лениво сказал Женька.
Когда до Марьино оставалось километров пятьдесят, зазвонил мобильник Кирсанова.
– Отец, – сказал он, глянув на дисплей. – Да, папа.
– Вы где? – взволнованно спросил тот.
– В пятидесяти километрах.
– А я в райцентре. Ты помнишь магазин, где разливное пиво продают и рыбу? Ты его еще хвалил.
– Пиво? Да, ничего.
– Так вот: я вас там жду.
– Да зачем это?
– Сам скажешь, что купить. Феня переживает. Не знает, чем вас поить-кормить.
– Да я же тебе сказал, что нам все равно!
– Ты ее тоже пойми. Она в Москве ни разу не была…
– Где ж он ее откопал? – насмешливо спросил Базаров. Аркадий сделал ему знак: тихо, отец все слышит. Женька криво усмехнулся.
– Феня думает, что москвичи едят только фуа-гра и устриц. А борщ и кашу за еду не считают. Вот и послала меня вас встретить. Пусть, говорит, сами купят то, что будут есть.
– Ну, хорошо, – сдался Аркадий. – Встретимся в магазине.
– Жду! – обрадовался Николай Петрович.
– Ну и все-таки где твой папаша откопал эту Феню? Жуть как интересно, – спросил Женька, когда Аркадий засунул айфон обратно в карман.
– В трактире.
– Где-где?
– Он как-то заехал в кафе пообедать. Обычное кафе, на трассе. Феня работала там официанткой. А ее мама поварихой. Отец любит вкусно поесть. Ну и расчувствовался: борщ знатный, куриные котлетки, что называется, во рту тают. А не хотите, говорит, дамы, у меня подработать? Мне нужна помощница по хозяйству. А лучше две, поскольку хозяйство большое. Они к нему сначала на автобусе ездили.
– А потом официантка забеременела, – насмешливо сказал Женька. – От автобуса, наверное.
– Что ты все опошляешь? – поморщился Аркадий. – Она действительно любит моего папу.
– Ладно, поглядим. Так они теперь обе у него живут? – небрежно спросил Базаров. – Хочется понять, какая меня ждет компания.
– Нет, Фенина мама в прошлом году умерла от рака.
