— Благодарю, господин Сунак Кур, — сухо кивнула путешественница, и отойдя на несколько шагов, раздражённо зашипела в лицо отшатнувшейся рабыни:
— Ну, что ещё?!
— Ой, госпожа, — торопливо зашептала Риата. — Тот молодой — даросец. Я кое-что по-ихнему понимаю. Плохо, конечно. Но мне показалось, что он хотел вас купить у того купца…
Женщина виновато опустила голову.
Нервно передёрнув плечами, Ника освободила дорогу смазливому подавальщику с подносом, уставленным мисками.
— Ладно, — проворчала она. — Даже если ты поняла неправильно, этот козёл в чалме всё равно нас с собой не берёт.
Успевший немало принять на грудь, Тиллий Фол Даум какое-то время тупо таращился на Нику маленькими поросячьими глазками.
— Да, госпожа, мой караван скоро пойдёт в Этригию.
Выслушав её просьбу, глянул на притихших приятелей, внимательно следивших за их разговором и пожал жирными плечами.
— Пожалуйста, госпожа. Я не против. Только за еду и ночёвку на постоялых дворах платите сами.
— Я согласна, — облегчённо перевела дух девушка. — Сколько это будет стоить?
Собеседник задумчиво почесал заросший курчавой растительностью подбородок.
— Откуда вы, госпожа? — воспользовавшись паузой, спросил один из собутыльников купца, тощий и неопрятный мужчина лет тридцати.
— Из Канакерна, — ответила путешественница, не спуская выжидательного взгляда с Тиллия Фола. — Еду к родственникам в Радл.
— Заплатите сорок риалов за охрану, — выдал тот после недолгого молчания. — Ну, и мне двадцать. Но это уже как доберёмся до Этригии.
— Хорошо, — ужасно довольная тем, что сумела всё-таки отыскать попутчиков, Ника даже не пробовала торговаться. — Когда выезжаем из Гедора?
— Скоро, — обнадёжил собеседник, вновь почесав бороду. — Дней через шесть… Нет, через пять зайдите, я вам скажу точно. Если меня не застанете, спросите Валсара.
Он кивнул в сторону стойки.
— Я ему передам…
— Хорошо, — на этот раз разочарованно повторила девушка, рассчитывавшая убраться из города гораздо раньше.
Между тем, Тиллий Фол Даум, видимо, посчитав разговор с ней законченным, продолжил беседу со спутниками о каких-то своих общих знакомых.
Путешественнице ничего не оставалось делать, как только гордо удалиться.
"Целых пять дней здесь торчать! — вертелось в её голове. — Это же ещё двадцать риалов только за комнату, плюс кормёжка! Может, ещё кого поискать? Неужели никто не поедет в Этригию раньше? Тут же купцов — как грязи!"
По дороге госпожа с невольницей заскочили в местную забегаловку, напоминавшую столовую самообслуживания. Небольшая очередь споро двигалась вдоль кирпичной стойки, где во вмурованных котлах варились бобы и мясная подливка.
Двое полуголых, блестевших от пота рабов ловко орудовали длинными деревянными черпаками, раскладывая по мискам то и другое. Свежие лепёшки, стопой лежавшие в конце прилавка, посетители брали сами, расплачиваясь с могучим мужчиной, то и дело шмыгавшим свёрнутым на сторону носом. Он же разливал по липким керамическим стаканам разведённое вино. Прекрасно понимая, что их, скорее всего, никогда не моют, Ника пить не стала. В остальном, и качество блюд, и их цена её вполне устраивали. Обед на двоих обошёлся всего в семь оболов.
Остаток светового дня Риата провела за шитьём, а её хозяйка в упражнениях и размышлениях. Торчать в Гедоре ужасно не хотелось, да и идти к Миусу Арку тоже. Да и зачем? Она же договорилась продолжить путь в Империю вместе с караваном Тиллия Фол Даума.
К сожалению, до наступления темноты рабыне не удалось привести в порядок новое платье госпожи, и работу пришлось продолжить на следующий день. Зато результат оправдал себя полностью!
Переодевшись, Ника долго вертелась, заставляя довольную Риату то отойти с зеркальцем подальше, то встать так, а ещё с боку и вот так.
— Теперь, госпожа, вам нужна новая накидка, — безапелляционно заявила невольница, любуясь делом своих рук.
И девушка не могла с ней не согласиться.
Приобрести данный предмет женского туалета в Гедоре оказалось значительно проще, да и выбор имелся достаточно богатый. Кое-кто из наиболее смелых горожанок щеголял в полупрозрачных платках из тончайшего льна, позволявших рассмотреть все детали затейливых причёсок. Но большинство всё же предпочитало более плотную ткань. Твёрдо помня наказ Наставника, путешественница со вздохом отворачивалась от пёстро расшитых или ярко раскрашенных накидок. Представители радланской знати предпочитают однотонные одежды. Допускаются только узоры по краям.
Неторопливый, тщательный осмотр множества лавок занял несколько часов, пока путешественница, наконец, выложила за понравившуюся вещь двадцать два риала.
Рабыня, уже щеголявшая в старом, укороченном платье хозяйки, всплеснула руками.
— Да вас просто не узнать, госпожа! Вы и так красивы, а сейчас стали божественно прекрасны!
— Думаешь? — рассмеялась Ника, взмахом руки призывая проходившего мимо торговца с прикрытым тряпками лотком.
— Ой, да конечно! — подтвердила невольница, сглотнув слюну. Завтракали они уже довольно давно.
Купив два медовых пряника, хозяйка тут же вручила один ей.
