— Прекрати нести чушь!
Но, очевидно, пожалев о своей резкости, отвернувшись, раздражённо пробормотала себе под нос:
— Куда пропала эта бездельница с шалью?
Получив гневную отповедь, царедворец опасливо помалкивал.
Недовольно глянув на него, императрица всё же снизошла до объяснения:
— Относись Вилит ко мне так, как ты говоришь, он бы с благодарностью принял ту невесту, которую я ему подыскала. А он вместо этого стал привередничать, да ещё и смеяться взялся негодный мальчишка.
— Вы хорошо объяснили его высочеству желание государя? — осторожно спросил лекарь, понимая, что сейчас уже нужно что-то сказать.
— Конечно! — вскричала собеседница.
Тут как раз прибежала запыхавшаяся Пульчита и, не переводя дух, попыталась прикрыть плечи хозяйки плотным, синим платком.
— Целых два раза! — раздражённо оттолкнув рабыню, буркнула императрица, расправляя шаль. — В самом начале разговора, а потом ещё и в конце, когда он просто вывел меня из терпения! Я даже спросила, может, ему уже нравится какая-то девушка? Если она принадлежит к знатному и уважаемому роду, я готова поговорить о ней с государем. Всё равно, именно он будет принимать окончательное решение, но можно хотя бы попытаться?
— Вы поступили как мудрая и любящая мать, ваше величество, — врачеватель счёл уместным высказать комплимент всё ещё очень раздражённой пациентке.
— Я же желаю Вилиту счастья! — голос собеседницы дрогнул. — А он, ну просто как ребёнок! В его годы Констант уже нёс на своих плечах тяжкое бремя власти…
Она сокрушённо покачала головой.
— Неужели выбор его высочества оказался настолько… неудачным? — совершенно искренне удивился царедворец, считавший младшего сына сиятельной любовницы вполне здравомыслящим для своего возраста человеком.
— Да его вообще не было! — растерянно, даже с какой-то обидой пожала плечами Докэста Тарквина Домнита. — Он сказал, что ему надо подумать, и просил немного подождать.
— Полагаю, это не так глупо с его стороны, ваше величество, — осторожно заметил лекарь. — Ваш сын вполне ответственно подходит к выбору возможной невесты.
— О, бессмертные боги! — в изнеможении закатила глаза императрица. — Да что путного он может выбрать?
— В таком случае, ваше величество, вы, проявляя свойственную вам мудрость, убережёте принца от опрометчивых решений, — многозначительно улыбнулся врачеватель. — И скажете государю только то, что посчитаете нужным.
— Это так, господин Акций, — с грустью вздохнула женщина. — Только любой матери хочется, чтобы сын понял и оценил её заботу о нём.
— Возможно, выбор его высочества окажется не таким уж и неудачным? — попытался подбодрить расстроенную собеседницу лекарь.
— Я буду молить об этом бессмертных богов, господин Акций, — тихо, но с неожиданно глубоким чувством проговорила государыня.
Сообразив, что разговор на щекотливую тему закончен, охранитель её здоровья задал несколько вопросов о самочувствии, посчитал пульс, внимательно прислушиваясь к ударам, и заметив на садовой дорожке госпожу Квантию с двумя придворными дамами, раскланявшись, покинул беседку.
В отличии от Докэсты Тарквины Домниты царедворец не сильно удивился столь экстравагантному поступку Вилита. Несмотря на богатство, знатность и кажущееся могущество, у членов императорской семьи не так часто появляется возможность выбора в по-настоящему важных вопросах.
Сейчас Констант Великий по каким-то своим, одному ему ведомым соображениям внезапно захотел узнать мнение опальной супруги по кандидатуре будущей невестки. А государыня, в свою очередь, решила выяснить предпочтение сына. Понятно, что молодой человек просто пытается воспользоваться столь странно и удачно сложившимися обстоятельствами то ли для того, чтобы предстать в глазах матери взрослым, серьёзным, способным на обдуманные действия мужчиной, то ли элементарно самоутверждаясь в собственных глазах?
Посчитав, что ему всё же удалось разгадать причины поведения любимого сына пациентки, лекарь небрежно постучал в закрытую дверь своей мастерской.
— Кто там? — недовольным голосом отозвался Мел Крис Спурий.
— Открывай, болван, — устало проворчал Акций.
Звякнул засов, чуть скрипнули бронзовые петли.
— Проходите, наставник, — почтительно поклонился молодой человек.
— Помой, — приказал врачеватель, протягивая ему поднос с пустым стаканчиком.
Умостившись в любимом кресле без спинки, охранитель здоровья государыни с наслаждением вытянул ноги. Ему пришлось простоять всё время разговора с императрицей, и он порядком устал.
"От старости не спрячешься, годы, увы, сильнее", — с чувством лёгкой меланхолии подумал царедворец и только тут обратил внимание, что ученик как-то странно переминается с ноги на ногу, мрачно уставившись в пол.
— Что с тобой? — нахмурился Акций.
— Заходил господин Герон, — искоса глянув на наставника, пробурчал юноша. — Расспрашивал, как найти дом регистора Трениума.
— Кого? — моментально встрепенувшись, подался вперёд лекарь.
— Господина Итура Септиса Даума, — подтвердил собеседник.
— Т-а-а-а-к, — протянул Акций, со стуком опуская руки на стол. — Ты рассказал?
