Однако при расчёте возникли проблемы. Рабыня тупо таращилась на желтовато-красный кружок с изображением орла и надписью "Импер форта", что в переводе на русский означает "Власть вечна". Потом, не сказав ни слова, убежала.
— Что же, госпожа, у вас совсем нет серебра? — подозрительно сощурил маленькие поросячьи глазки солидного вида дядечка в кожаном фартуке поверх светло-жёлтого хитона.
— Да вот как-то так получилось, — виновато вздохнув, посетительница тряхнула кошельком, из которого на стол выкатились две одинокие медные монетки.
Хмыкнув, трактирщик покачал империал на ладони, словно взвешивая, попробовал на зуб и только после этого, удовлетворённо кивнув, бросил подавальщице:
— Выдай госпоже на сдачу семнадцать риалов и восемь оболов.
Девушка рассчитывала получить больше, но торговаться не стала, мимоходом пожалев о том, что не воспользовалась услугами менялы. Из-за этого настроение испортилось, и она поспешила покинуть город.
Неизвестно, повлияло ли на решение городского совета то обстоятельство, что заезжие артисты убили предводителя нищих, уже начинавших надоедать не только рядовым гражданам, но и уважаемым людям, или здесь просто давно не было никаких развлечений? Только Гу Менсину без труда разрешили устраивать представления на площади народных собраний и даже выдали из городской казны небольшой кредит на установку помоста.
В свою очередь артисты выбрали для открытия сезона в Иокдаме мрачно-торжественную трагедию "Волосы Цреи".
Несмотря на то, что путешественница не видела и даже не читала сей замечательной пьесы, она предпочла представлению переезд на постоялый двор. Он не походил на заведение Аппия Герма Струдуба ни размерами, ни чистотой, ни удобством. Однако, выбирать не приходилось. Только здесь хозяин согласился предоставить ей отдельную комнату с полным набором услуг: конюшня, баня, чистая постель.
Пока актёры разыгрывали перед благодарными зрителями кипение страстей, их спутница блаженствовала, подставив плечи под струю тёплой воды из кувшина, который держала Риата. В квадратную яму, наполненную мутной, подозрительного вида жидкостью, Ника, разумеется, забираться не стала.
Потом она рухнула на набитый свежей пахучей соломой тюфяк и заснула, как убитая без снов и глупых мыслей.
На следующий день довольный Гу Менсин сообщил, что урба смогла заработать кое-какие деньги, поэтому он готов вернуть госпоже Юлисе сорок риалов в счёт погашения долга.
Девушка как раз завтракала. Перехватив голодный взгляд толстяка, она покачала головой.
— Не нужно. Вот соберёте побольше, тогда и отдадите.
— Спасибо, госпожа Юлиса, — с чувством поблагодарил Гу Менсин. — Пусть небожители вознаградят вас за милость и доброту.
Они провели в Иокдаме три дня. За это время урба дала четыре больших представления на площади народных собраний и два раза выступала в домах богатых горожан. Как всегда кое-кто из актёров удостоился и индивидуальных приглашений.
Пока её спутники весело и с пользой проводили время, путешественница скучала. Только однажды Нику "развлёк" какой-то плюгавый мужичонка, с удивительной настойчивостью предлагавший посетить его скромное жилище, разумеется, за соответствующее вознаграждение. Она отнекивалась, огрызалась, пыталась скрыться от нежданного поклонника на площади народных собраний. Но тот оказался на редкость упорным. Пришлось нырнуть в пустынный переулок и достать кинжал. Быстрота и ловкость, с которой девушка проделала это действие, произвела благотворное впечатление. Приставала торопливо удалился, обозвав напоследок предмет своих недавних вожделений весьма нехорошими словами. Само собой, "предмет" не смолчал, обогатив местный фольклор новыми цветистыми выражениями о связях умственных способностей поклонника с его сексуальной ориентацией. На чём всё веселье и закончилось.
Перед тем как покинуть город, Нике вручили целых шесть десятков риалов, на что Гу Менсин получил соответствующую расписку.
Она всё ещё переживала по поводу смерти Хезина, а вот артисты, казалось, совсем забыли о нём. Даже родители вели себя так, будто их сын умер уже очень давно.
После Иокдама маленький караван заехал в расположенную неподалёку деревню, где актёры показали весьма легкомысленную, на грани приличия, комедию, получив в уплату овощи, фрукты и фасоль.
Следующей остановкой стал городок Акпий, последний населённый пункт перед имперской границей.
Избавившись от необходимости скрывать наличие денег, путешественница предпочла остановиться на постоялом дворе и даже сделала кое-какие покупки, в том числе давно вожделенные тёплые, шерстяные носки. Хотя и внешний вид, и способ вязки мало походили на то, что Ника видела в своём мире. Пятка отсутствовала, и носки походили на зашитый с одного конца рукав из грубых шерстяных ниток. Но, главное, они грели, а всё остальное можно какое-то время потерпеть.
Артисты вновь остановились за городскими стенами. Денег на постоялый двор всё ещё не хватало. Срочно понадобилось купить одежду и хоть какие-то декорации.
