Приподнявшись на локте, девушка внимательно всмотрелась в темноту. Передавив ребенка вдоль тела, на ней лежала часть отломанной полки и покореженный лист обшивки. Мысленно попросив прощения у Буки, девушка оперлась на колени и двумя руками ухватилась за полку, прикладывая все свои силы к тому, чтобы приподнять её над ребенком, давая той небольшой лаз для освобождения из железного плена.
Теплая липкая кровь фонтаном хлестнула из промежности, окрашивая джинсовую ткань в бурый цвет. Она чувствовала, что слабеет, а проклятая полка все еще не сдвинулась ни на сантиметр. Перед глазами проплыли разноцветные мушки. В ушах раздался назойливый звон – предвестник обморока.
– Я помогу, – просипел рядом молодой парень.
– Элли, как только почувствуешь, что свободна, тут же выползай оттуда, долго мы не протянем, – обратился он к малышке.
Светловолосая девушка обвела его быстрым взглядом. Часть оторванного поручня торчала меж ребер, став причиной хрипа в его голосе. Но времени раздумывать о чужих травмах у неё не было. Улыбнувшись уголком рта в знак благодарности к его неравнодушию, она ухватилась покрепче за край полки.
– Давай, – скомандовал он.
Только после совместных усилий покореженные обломки, наконец, поддались. Тихонько взвизгнув, девочка выкатилась из-под груды металла и отползла на безопасное расстояние.
Девушка опустила руки и снова беспомощно улыбнулась, в этот раз с большим облегчением. Куски полки и обшивки с грохотом вернулись на своё место. Но светловолосая спасительница уже не услышала этого. Сознание покинуло её в тот момент, когда она поняла, что у них получилось спасти ребенка.
– Не двигайся, Элли. Скорее всего, твои ребра переломаны. Но это уже мелочи. Доктор поможет тебе, – прохрипел парень, привалившись к листам обшивки, из-под которых они только что помогли выбраться девочке.
– Мне больно дышать, – сказала она.
– Это ничего страшного, Элли. Это пройдет.
– Откуда вы знаете?
– Когда-то я учил своего брата кататься на мотоцикле. И это был полный провал, потому что он упал с него и сломал руку. Его загипсовали по самую шею, – парень усмехнулся и тут же тяжело закашлялся.
– Скоро приедут врачи и для тебя этот кошмар закончится. Тебя спасут в первую очередь, малышка.
– Потому что я девочка? – спросила она и притихла, ожидая ответ.
– Почему меня спасут первую? – повторила она свой вопрос, но и в этот раз он остался без ответа.
Элли подобралась ближе к девушке, которая помогла ей выбраться из-под обломков, и уютно устроилась на ее коленях. Та не пошевелилась. Молодой мужчина напротив тоже перестал двигаться, уронив голову на грудь и распластавшись в неестественной позе. Привыкнув к темноте, она смогла различить тела людей, ехавших вместе с ней в одном вагоне. Вон тот дядя поскандалил с её папой на перроне, и она почти двадцать минут думала, чем же ему таким насолить. Вон тот дедушка ехал на первой полке, а теперь ртом пускал красные пузыри почти рядом с ней. С тем мальчиком она всё хотела познакомиться, но он то и дело убегал от неё на верхнюю полку, куда она пока боялась залезать без маминой помощи. А эта тетя угощала её апельсинами. Теперь все они одной большой кучей навалились друг на друга, как тряпичные куклы и беспрестанно хрипели и стонали.
Вдалеке послышался протяжный вой сирен. Элли закрыла глаза и свернулась в клубочек на коленях незнакомой девушки, которая была к ней так добра, хоть и показалась отчаянной злюкой на вокзале, когда велела ей найти другое место для игр.
19 сентября. Утро.
– Алло, железнодорожная станция? У меня для вас очень важная информация. В трех километрах от города, прямо за старой конюшней у лесополосы, произошел излом рельса. Направьте, пожалуйста, туда обходчиков, чтобы они починили пути, иначе может случиться непоправимое бедствие, если вы вдруг решите пустить состав по старой дороге.
Трубка продолжала молчать.
– Алло? Вы слышите меня? Может произойти крушение состава, если вы не примете меры!
Юта повысила голос, тщетно пытаясь докричаться до диспетчера. Из телефона по-прежнему не доносилось ни звука.
– Алло? – повторила она еще громче. – Наш с вами разговор записывается! Если завтра по вашей вине погибнут люди, я выложу его в общий доступ. О вашей халатности узнает вся страна!
– А о своей халатности не хочешь заявить всей стране? – донёсся вкрадчивый шепот из-за спины, и Юта содрогнулась от ужаса. По спине тонкой струйкой пота пробежал ледяной холодок. Она узнала бы этот голос из миллиона, никогда ранее не слыша вживую. Голос машиниста того самого поезда.
