- Вас не было позавчера на лекциях.
- Возможно.
- Не возможно, а совершенно точно.
- Вы студент? - спросил Мариус.
- Как и вы, сударь. Позавчера я случайно забежал в университет. Иной раз взбредет вдруг, понимаете, такая странная фантазия. Профессор только что приступил к перекличке. Вид у него при этом, сами знаете, пренелепый. Если вы на троекратный вызов не отзоветесь, вас вычеркивают из списка, и плакали ваши шестьдесят франков.
Мариус стал слушать внимательнее. А Легль продолжал:
- Перекличку делал Блондо. У него, как вам известно, очень острый и тонкий нюх. Блондо с наслаждением ищет отсутствующих. Он начал коварно с буквы П. Я не слушал, ибо не имею отношения к этой букве. Перекличка шла неплохо. Весь народ налицо, вычеркивать некого. Блондо сидел грустный, а я думал про себя: "Видно, не придется тебе, голубчик Блондо, чинить нынче расправу". Вдруг он вызывает: "Мариус Понмерси!" Никто не отзывается. Блондо, окрыленный надеждой, повторяет громче: "Мариус Понмерси!" -и уже берется за перо. Поверьте, сударь, я не бездушная скотина. Я тотчас сказал себе: "Эх! Славного малого хотят вычеркнуть. Постойте! Кто неаккуратен, тот и есть настоящий человек. Это вам не какой-нибудь первый ученик. Не зубрила, просиживающий над книжками штаны, не желторотый мальчишка, напичканный ученостью, задирающий нос, натасканный в науках, литературе, теологии и всякой прочей премудрости, не безмозглый фат и бездарность. Это почтенный лентяй и фланер, любитель загородных прогулок, друг-приятель гризеток, волокита, быть может в этот самый миг посиживающий у моей же возлюбленной. Его надо спасти. Смерть Блондо!" В эту минуту Блондо обмакивает в чернила свое грязное от вымарок перо, окидывает хищным взором аудиторию и повторяет в третий раз: "Мариус Понмерси!" -"Здесь!" -ответил я. Потому-то вас и не вычеркнули.
- Позвольте, сударь...- начал было Мариус.
- А вычеркнули меня, -закончил Легль из Мо.
- Я вас не понимаю, - сказал Мариус.
- Дело простое, - принялся объяснять Легль. - Чтобы ответить, я подошел к кафедре, потом поспешил к двери, чтобы удрать. Профессор уставился на меня и не спускал глаз. Вдруг Блондо, - он. видно, из той самой породы людей с верхним чутьем, о которой говорит Буало, -перескакивает на букву Л. Л - это моя буква. Родом я из Мо, а фамилия моя Легль.
- Л'Эгль... Какое прекрасное имя! - прервал его Мариус.
- Ну так вот. Блондо доходит до этого прекрасного имени и выкрикивает "Легль!" -"Здесь!" -отвечаю я. Блондо глядит на меня с кротостью тигра и произносит улыбаясь: "Если вы Понмерси, стало быть, не Легль". Фраза, как будто не совсем учтивая по отношению к вам, имела, однако, зловещий смысл только для меня. Произнеся ее, он меня вычеркнул.
- Я глубоко огорчен, сударь! -воскликнул Мариус.
- Прежде всего, - прервал его Легль, - я прошу разрешения почтить Блондо несколькими прочувствованными словами. Допустим, что он умер. От этого вряд ли бы он стал намного худее, бледнее, холоднее, неподвижнее и зловоннее. И вот я говорю: Erudimini qui judicatis terram*. Здесь покоится Блондо, Блондо Носатый, Блондо Nasica, вол дисциплины - bos disciplinae, цепной пес списков, гений перекличек. Был он прямолинеен, туп, пунктуален, непреклонен, неподкупен и отвратителен. Господь бог вычеркнул его из числа живых, как он меня - из числа студентов.
*Учитесь, судьи земли (лат.).
- Мне очень неприятно...- снова начал было Мариус.
- Да послужит вам это уроком, молодой человек, - сказал Легль из Мо. Впредь будьте аккуратнее.
- Примите самые искренние мои сожаления.
- Впредь ведите себя так, чтобы ваших ближних не вычеркивали из списков.
- Я просто в отчаянии...
Легль расхохотался.
- А я просто в восторге. Я чуть было не докатился до адвокатского звания. Исключение меня спасает. Я отказываюсь от адвокатских лавров. Мне не придется ни защищать вдовиц, ни обижать сирот. Не нужно будет ни облекаться в мантию, ни проходить практики. Наконец-то я добился исключения! И этим я обязан вам, господин Понмерси. А посему я намерен нанести вам благодарственный визит. Где вы живете?
- В этом кабриолете, -ответил Мариус.
- Значит, вы богаты, -не моргнув глазом, подхватил Легль. - Очень рад за вас. Такая квартира должна стоить по меньшей мере девять тысяч франков в год.
В этот момент из кафе вышел Курфейрак.
Мариус печально улыбнулся:
- Я нахожусь на этой квартире два часа и не дождусь, когда с нее съеду. Но вот какая история - мне некуда деваться.
- Поедемте ко мне, сударь, - сказал Курфейрак.
- Первенство, собственно говоря, принадлежит мне, - заметил Легль, - но беда в том, что у меня у самого нет дома.
- Замолчи, Боссюэ, - оборвал его Курфейрак.
- Боссюэ? - с недоумением повторил Мариус. - А я полагал, что фамилия ваша Легль.
- Из Мо, - ответил Легль, - иносказательно же- Боссюэ.
Курфейрак сел в кабриолет.
- Гостиница Порт -Сен -Жак! -приказал он извозчику.
В тот же вечер Мариус поселился в одной из комнат гостиницы Порт -Сен -Жак вместе с Курфейраком.
Глава третья
ИЗУМЛЕНИЕ МАРИУСА РАСТЕТ
