Отверженные полностью

Вы сделаете ошибку, думая, что автор придает слову «Жакерия» дурной смысл. Жаки — это были бедняки. В другой раз двое проходящих говорили друг с другом:

— У нас есть прекрасный план атаки!

Еще более значительная интимная беседа происходила между четырьмя собеседниками, облокотившимися на барьер у Троны:

— Будет сделано все возможное, чтобы «он» больше не прогуливался по Парижу.

— Кто «он»?

— Грозная таинственность.

«Главные вожди», как их называли в предместьях, держались в стороне. Некоторые думали, что они собирались в одном кабачке на углу Святого Евстафия.

Один из них, по имени Ог…, стоявший во главе кассы взаимопомощи портных улицы Мон-де-Тур, считался главным посредником между «главными вождями» и предместьем Святого Антуана. Тем не менее многие вожди так и остались неизвестными, и никакая улика не могла сломить гордости ответа одного рабочего, допрашивавшегося впоследствии судом Палаты пэров:

— Кто был вашим вождем?

— Я не знал его никогда, и я никогда не узнавал, кто он.

Правда, это были лишь слова, понятные, хотя ничего не открывавшие. Иногда слова, брошенные случайно, — слухи или сплетни, которые ничего не раскрывали. Но были указания другого рода. Однажды плотник, заколачивавший гвозди в изгородь палисадника улицы Де-Рейли, нашел на участке строящегося дома обрывок следующего документа: «…надо, чтобы Комитет принял меры, чтобы воспрепятствовать набору в секции…». И в постскриптуме: «…Мы узнали, что на улице Фобур-Пуассоньер № 5 (bis) имеются ружья, числом пять-шесть тысяч во дворе одного оружейника. У секции нет ружей». Это встревожило плотника, который понес находку соседям. А пройдя несколько шагов, он поднял еще более знаменательную бумажку. Воспроизводим ее, ради исторического интереса, который вызывает этот оригинальный документ.

Лица, составлявшие тайну этой записки, обнаружены были только много позже в четырех прописных буквах, начинающих четыре разделенные графы. Это — названия революционных степеней: Квинтурион, Центурион, Декурион и Эклерер (Разведчик). А смысл букв: ю ог а1 ф обозначал собою дату — 15 апреля 1832 года. Под каждой прописной буквой было вписано имя с целым рядом характерных указаний, а именно: Q. — Баннерель. 8 ружей. 83 заряда. Человек верный. С. — Бубьер. 1 пистолет. 40 зарядов. D. — Коллэ. 1 шпага. 1 пистолет. 1 фунт пороха. Е. — Теиссье. 1 сабля. 1 патронташ. Террёр. 8 ружей. Храбрец и т. д.

Наконец, этот же плотник нашел на том же пустыре третью бумагу, на которой начертана была карандашом, очень, впрочем, разборчиво, следующая загадочная запись.

Честный буржуа, в руки которого попала эта бумажка, остался в неведении относительно ее значения. Оказалось, что эта записка была полным перечислением секции четвертого округа общества «Прав человека» с именами вождей секции. Теперь, когда все это стало достоянием истории, их можно опубликовать. Следует добавить, что основание союза «Прав человека», казалось, было значительно позже, чем дата, стоящая на этом клочке бумаги. Быть может, это был только ранний набросок.

Однако, судя по отдельным словам и всей фразе, и по записанным значкам, дело это по существу стало понемногу проясняться путем сопоставлений.

На улице Потенкур у старьевщика было найдено в ящике комода семь листков серой бумаги одинакового размера, сложенных вчетверо. Эти листки прикрывали двадцать шесть четырехугольных кусков такой же серой бумаги свернутых для патронов и карточку, на которой было написано следующее:

Протокол обыска отметил сильный запах пороха, исходивший от ящика.

Один каменщик, возвращаясь после рабочего дня, забыл на скамейке у Аустерлицкого моста небольшой пакет. Нашедший его случайно отнес этот пакет в кордегардию. Там его вскрыли и нашли два оттиска диалогов, подписанных именем Лаотьер, и анонимную песнь, начинавшуюся словами: «Соединяйтесь, пролетарии!..»

Кроме того, в пакете оказался жестяной ящичек с зарядами.