Но не успел я переключиться на следующего, как заметил, что у раненого начинает отрастать новая рука. Из обрубка, на месте кровоточащей раны появился небольшой нарост, он начал стремительно вытягиваться, формируясь в новую конечность. С ногой происходило то же самое. Тварь регенерировала с невероятной скоростью. Но хорошо, что пока ещё лежала на земле.
А вот его собраться продолжали меня атаковать. Один ухитрился так извернуться и махнуть рукой, что его когти ударили по моему левому боку, разорвав одежду и вспоров бок. Хорошо хоть не глубоко. Я отскочил, споткнулся о ком земли, упал, но быстро встал и отразил следующий удар твари, отрубив ей кисть. А потом, пока она смотрела на свой обрубок, я умудрился сделать выпад и сильным ударом сверху распороть мечом монстру всю грудь и половину живота. Но он словно не почувствовал этого — просто отскочил на безопасное расстояние и начал регенерировать.
А третий уже прыгал на меня сзади. Я успел шагнуть в сторону и, разворачиваясь, нанёс удар по шее. Меч разрубил плоть — голова с глухим звуком откатилась в сторону, тело рухнуло. Я выдохнул, надеясь, что после этого монстр уже не встанет. Но я ошибся — уже через несколько секунд кровь перестала вытекать из разрубленной шеи, на месте среза появился нарост, и из него начала формироваться новая голова.
И вот это мне уже совсем не понравилось: если тварь нельзя убить, отрубив ей голову, то как тогда её победить? К сожалению, ответа на этот вопрос у меня пока не было, а монстры уже восстановились и были готовы меня снова атаковать. Правда, восстановленные конечности и голова были чуть меньше и нежно-розового цвета, а у ранее разрезанного через всю грудь до середины живота шла розовая полоса в виде свежего широкого шрама, но это ничего не меняло — на меня шли все те же монстры.
Впрочем, одно изменение я заметил. У того, которого я чуть не разрубил, в районе, где у человека находится солнечное сплетение, что-то пульсировало внутри тусклыми красными вспышками. Словно лампочка горела или билось светящееся сердце или какой-то другой жизненно-важный орган. У двух других я этого не видел, их нутро скрывала грубая толстая плоть, но вот у раненого эта световая пульсация пробивалась сквозь светлую полоску на месте шрама.
Что бы это ни было, туда надо было бить — в этом я не сомневался. Схватив покрепче клинок, я бросился на тварей. Поднырнул пол когтистую руку раненого в грудь, и всадил меч в то место на его теле, откуда пробивалась алое пульсирующее пятно.
Клинок вспыхнул так, что я аж зажмурился. Световой поток прорезал плоть и вошёл внутрь. Монстр застыл. Его красные глаза вспыхнули в последний раз и потухли. А он сам вмиг почернел и… рассыпался. Прямо у меня на глазах превратился в кучу пепла и лужу густой почти чёрной крови.
Теперь я знал куда бить, и это придавало сил. Да, у оставшихся тварей слабое место не высвечивалось, но это не важно — с двух-трёх ударов точно можно попасть. Воодушевлённый я бросился на второго. Два удара, и от него тоже остались лишь пепел и лужа крови.
С третьим пришлось немного повозиться — похоже тварь была умная и догадалась, что я не случайно попал в уязвимые места его друзей. Поэтому монстр всячески уворачивался, прикрывая своё слабое место. Но всё же я с ним справился, после чего рванул к Романову.
Во время боя с монстрами, я не смотрел на Александра Петровича, надеясь, что он дотянет до момента, когда я смогу прийти на помощь. Дотянул. Правда, как только я расправился с четвёртым и пятым монстров, Романов рухнул на землю спиной вниз и раскинул руки. И почему-то улыбался.
— Вы как? — спросил я кесаря, подойдя к нему, снимая шапку и пряча её в сумку. — Здесь лекаря подождёте или отнести вас в дом?
— Сюда лекаря точно не нужно тащить, — ответил Романов. — Я не ранен.
— Спорно, — заметил я. — Но если считаете, что не ранены, то спорить я с вами не буду. Надо что-то делать с разломом, пока оттуда ещё какие-нибудь твари не вылезли.
— Не вылезут, — сказал Александр Петрович, усмехнувшись. — Это не разлом. Дай руку!
Я протянул кесарю руку, помог ему подняться и спросил:
— А что это?
— Ловушка, — ответил Романов. — Когда я понял, что у меня не получается убить этих тварей, я сделал ловушку и пытался их туда загнать. Но они, к сожалению, никак не хотели туда идти. А она сама скоро исчезнет.
— Но если они не оттуда пришли, — сказал я, указав на туманную ловушку, — то откуда?
Александр Петрович замялся. Было видно, что ему не особо хочется рассказывать. Но при этом он понимал, что рассказать придётся.
— Я думал, он будет один, — вздохнув, произнёс кесарь спустя некоторое время. — Но что-то пошло не так.
— Так это вы их создали? — догадался я. — Эффектно, конечно, но зачем? И как?
— Изучаю создание элементалей при помощи магии крови, — ответил Романов. — Ну и ещё поспорили с Хуссейном, что я сделаю бойца, который один на один справится с его бабочкой. И не смотри на меня так, это не просто баловство, магию надо изучать постоянно.
