Я серийный убийца в теле японского подростка.И я теперь якудза.Новая жизнь, новые правила, мнимая свобода, запах крови в ночном воздухе...Это был бы мой рай, если бы могущественный криминальный босс не желал моей смерти так сильно. И иногда мне кажется, что мой враг даже более сумасшедший, чем я.Ну ничего, у меня есть команда молодых гангстеров, Муза, Фокус и фирменный почерк.Белые рубашки и толпа вооруженных парней, вовлечённых в кровавую бойню, - разве это не лучшая основа для хорошей истории?Одно могу сказать точно...Зря они меня выпустили.
Три дня подготовки…
Три ночи тяжелых тренировок, планирования, приготовления… Все это ради сегодняшнего вечера.
Вокруг все расплывается и тонет в неоновых отблесках. Запахи сигаретного дыма, еды и духов смешиваются в дикий коктейль, который неприятно щекочет ноздри. Я был бы идиотом, если бы не пришел, но все равно жалею.
Я держу свое оружие в левой руке, отчего-то мне кажется это нормальным. Отчего-то весь этот чертов балаган кажется нормальным. Я стараюсь стоять прямо, хоть меня и шатает, держусь, будто морской волк перед лицом бури.
Кто-то подхватывает меня под плечо, становится рядом, поддерживает, чтобы я не упал. Дате…
Дате Ягами, он всегда рядом, когда нужен.
Он кивает мне так, будто мы собрались выпрыгивать из самолета без парашюта, словно должны сделать нечто очень важное, и для этого потребуются все силы, что остались.
Он прав. Я должен это сделать.
Я медленно поднимаю руку, сжимаю рукоять что есть сил, подношу ко рту микрофон и выдыхаю, вглядываясь в бегущие по экрану иероглифы.
Поехали.
— И пусть луна нам светит ярко!!!
Ненавижу караоке.
Ну и как так получилось, а?
Ха… Если бы мне предложили режиссировать фильм про маньяка, то вступительной сценой я бы выбрал именно эту. Камера мягко опускается на мокрые улицы и залетает в задымленное помещение с экранами на стенах и с кожаными диванами у стены.
Жизнь — странная штука. Странная и гомерически смешная, особенно когда её забираешь.
Ну вот кто видел серийного убийцу в караоке⁈ Это же уму непостижимо!
Но вот я, собственной персоной… С красными от алкоголя щеками, волосы растрепаны, рубашка расстегнута, галстук болтается на шее, словно ярмо. В компании пяти таких же бухих подростков, ору в микрофон песню «Через Ночь!!!» и ужасно фальшивлю.
Кто бы знал, каких мук мне все это стоило…
За три дня до этого позора мой аники заявил, что сразу после посвящения, мы все отправимся отмечать наше вступление в клан. Семья Ягами приняла всю команду. Нас окрестили «Последние из Габутай», или «призраки Габутай», как кому нравится.
Команда выживших…
Дате Ягами, Акира Накамура, Тайга Морикава (Кои), Кэтсу Адачи (Принц), Сэра Сатори (Неудачник), Дайчи Никияма (Новенький), ну и я, — дух убийцы в теле парня по имени Рио Икари.
Ягами старший расщедрился и дал разрешение на принятие в семью ещё одного члена (хотя слово член тут неуместно, она же девочка) — Мико Асура стала нашей сестрой в тот же день. (А у якудза это нормально спать с сестрой?)
Попойка была неизбежна, а караоке — буквально традиция для большинства японцев, так что отказаться я никак не мог. Оставалось только готовиться. Выяснив, что меня ждет, я принялся за работу.
Я и представить себе не мог, как петь! Это было вне моего понимания! Я-то и музыку не слушаю, исключая те случаи, когда мне напевает моя Муза. Все это тупо, бесконечно тупо!
Но я обязан был пойти на это. Я сливаюсь с толпой, стараюсь не выделяться. Раз я решил задержаться в Токио, то и жить нужно было по правилам той системы, в которой оказался.
Я принялся за дело со свойственной мне дотошностью. Это в Габутай я мог расслабиться, вести себя безалаберно и забыть о чистоте. На свободе мне требовался контроль и дисциплина. Поэтому для начала я попросил Ягами скинуть мне свой плейлист, потом скачал тексты песен самых популярных треков из списка и принялся за работу.
Шаг первый — прослушивание.
Проклятье, я думал, что сдохну в мокрой от пота кровати, пока мои уши кровоточили под ужасные завывания японской молодёжи. Я полагал, что наушники сгниют и отправятся прямиком в ад или обратятся в маленьких монстров, что начнут грызть ушные раковины, пока не заберутся прямиком в мозг. Но я сделал это. Я ставил песни на повтор и учил, учил, учил! Как выдыхать и где тянуть, в каком моменте необходимо ускориться, а где наоборот взять паузу, но как же это все было сложно!
Муза только насмехалась надо мной и время от времени покачивала головой, будто бы показывая, что мне никогда не преуспеть.
Сучка надменная.
Шаг второй — текст.
Половину дня и почти всю ночь я учил.
Я знаю, что в караоке будут слова, но это не делает мою жизнь проще. Для меня слова в одной плоскости, а музыка в другой. Самостоятельно сложить их никак не получалось, поэтому приходилось зубрить. Хорошо, что я старательный. Только вот трек про брошенную малолетку все никак не усваивался, мой разум отвергал его как нечто преступное, и меня от неё даже начало тошнить.
Возможно даже стошнило, я не помню.
Шаг третий — исполнение.
Ну и за ночь до празднования я принялся отрабатывать свои навыки. Я встал у зеркала и принялся упорно делать вид, что пою. Напрягал голосовые связки, выказывал эмоции, кривился, нашептывал заученное. Пришлось пройтись по списку три раза перед тем, как я стал выглядеть хоть немного нормально.
После этого я понял, — я ненавижу караоке.
Несмотря на мою мрачную решимость, в глубине души не угасала надежда, что все закончится раньше, — все напьются как свиньи, и мне не придется петь.
