Первым, как и полагается, слово взял сам майор и довел до сведения личного состава приказ Центра о поощрении всех членов команды. К удивлению спецназовцев, прибавками к зарплате наградили не только их, но и ученых, от которых агенты толку еще не видели. Стоит отметить, что возмущаться по этому поводу никто не стал. Пацук, правда, пробормотал себе под нос о том, как «воно ж бывает, когда кое-кто на чужих горбах в рай въехать намеревается», но в целом тему развивать не стал. Тем более что Раимов, лишний раз доказавший исключительную остроту слуха, испепеляюще посмотрел на украинца. Наряд вне очереди, правда, давать не стал, не желая омрачать празднично-торжественную обстановку, но было ясно, что второй раз разговорчики на собрании Пацуку просто так с рук не сойдут.
— А теперь слово предоставляется профессору Зубову, — закончил свою пространную речь майор. Стоматолог встал с кресла. Нового, между прочим!
— Я думаю, определенные успехи в работе всей группы, несомненно есть, — заявил профессор, размахивая правой рукой так, словно держал в ней шашку и отбивался минимум от сотни белогвардейцев. — Работа проделана немалая. Я, например, установил, что двигатели инопланетных космолетов работают на совершенно неизвестном землянам топливе. Пока я условно назвал его «эллериум», по имени моей жены Эллы, но вполне возможно, что назову его именем тещи, которая своей смертью облегчила жизнь всему человечеству. Спросите, почему? Я вам отвечу. Только из-за того, что мать моей жены надумала все-таки помереть на сто двадцатом году жизни, я прекратил работу над мега-бомбой из антиматерии, — при этих словах Зубов замахнулся еще и второй рукой, от чего его развернуло вокруг своей оси. Не заметив этого, профессор продолжил доклад, да так и митинговал бы спиной к слушателям, если бы Раимов не развернул его.
— Так вот, закончим с тещей, перейдем к насущным проблемам, — провозгласил Стоматолог, в то время как майор изо всех сил старался удержать в состоянии покоя его левую руку. — Я сейчас изучаю это вещество и надеюсь, что смогу разработать технологию его синтеза в условиях Земли. Доктор Гобе тоже, в свою очередь, занимался делом. В частности, ему удалось выяснить, как называют себя пришельцы того типа, который вам удалось поймать. «Толпотоиды», правильно? — Инквизитор кивнул головой. — Вот и я говорю, что правильно. А Харакири-сан отчудил. Представьте себе только, мы втроем расписываем «пулю». У меня на руках почти полная масть, и я, естественно, заказываю девять на пиках. А Хиро берет и перебивает меня десятерной без козыря. И с чего, вы думаете, он заходит? С дамы бубен! Видите ли, он червового короля с бубновым перепутал. Ну, есть же такие дураки на белом свете?!
— Профессор, — строго остановил его майор. Зубов удивленно посмотрел на него, вырвал, наконец, левую руку из лап Раимова и трижды махнул ею.
— Хотя о своих успехах Хиро Харакири сам вам расскажет, — обиженно проворчал стоматолог и сел на свое место. То есть, хотел сесть на свое, а оказался у майора на коленях. Минут десять они разбирались, кто чье кресло занимает, а затем собрание было продолжено. И слово дали, как и объявил Зубов, компьютерно-электронному гению.
Харакири удивил всех с ходу. То есть, с того момента, как встал и пошел на трибуну. В руках компьютерщика оказалась какая-то странная уродливая штуковина, отдаленно напоминающая смесь автомата с компьютером, питающимся от автомобильного аккумулятора. Поставив громоздкий инструмент на стол президиума, Хиро Харакири начал свой доклад, из которого никто кроме ученых не понял ни слова. Но гению дали выговориться, а потом попросили повторить то же самое, но по-русски. Что Харакири и сделал.
— С навигационными приборами «летающей тарелки» и бортовым компьютером инопланетян я еще работаю. Пока, к сожалению, в их структуре мне не все понятно, но зато я наткнулся на интересную интерпретацию теории светопроводимости, — проговорил Харакири. — Всем давно известно, что ориентированная на армию научная индустрия многих стран неоднократно пыталась разработать боевые лазеры, но по многим причинам это оружие до сих пор не считается эффективным. Так вот, при помощи инопланетных технологий я понял, что именно мешало ученым Земли сделать из лазеров супер-оружие! Квантово-фотонная теория…
— Харакири-сан, мы просили вас говорить попроще! — перебил его Раимов.
— Хорошо-хорошо, — склонился в поклоне японец. — Не буду углубляться в научную терминологию. Скажу только, что я проблему эффективности лазера решил, — Харакири ткнул пальцем в странную конструкцию на столе президиума. — Это, конечно, экспериментальный образец, требующий доработки, но его эффективность я продемонстрировать могу прямо сейчас.
