- Шеф играет с нами, потому что хочет этого ареста, - соглашается Крейг. - Его отделу уделяется меньше всего внимания, потому что мы тут. Все громкие дела Вашингтона направляют прямо к нам, как и от близлежащих городов. Отсюда чаще, чем из любого другого места, откуда мы обычно ждем приглашения.
- Поэтому он манипулировал ею через Дьюка, зная, что она незамедлительно отправится в больницу.
- После того, как мы сказали ему, что больницу охраняют правоохранительные органы, проверяя всех и каждого, кто похож на Племмонса. Мы сказали шефу, что думаем, что субъект хотел бы найти способ понаблюдать за нашей болью и посмотреть на страх или панику, которую вызвал.
- И увидеть Лану, - выплевываю я.
- И даже вероятно проследить за ней до ее дома, - говорит Крейг, стиснув челюсть. - Еб*нный сукин сын. Я звонил патрульным. Они рассказали мне, что произошло. Но я послал одного из наших парней присмотреть. У нас есть кое-кто в резерве, но у них молоко на губах еще не обсохло.
По крайней мере, один человек понимает, что Лана тоже является целью, и, как мы знаем, он в конечном счете нанесет удар, как только узнает о ней.
Теперь я не чувствую себя параноиком или сумасшедшим.
- Спасибо, - говорю я ему.
Он пожимает плечами.
- Люди сочтут меня рациональным, но, если это сделаешь ты, то подумают, что ты злоупотребляешь властью. Это имело смысл для меня. Но я вмешиваюсь, потому что вижу то, что видишь ты. Все остальные видят только Эрику Норрис, - его объяснение заканчивается мрачным выражением лица. - Она была мертва с того дня, как он ее похитил, даже если прямо сейчас ее сердце продолжает биться.
Я знаю это, но не хочу, чтобы кто-то говорил об этом вслух. Глубоко внутри, они все это знают.
- Наш единственный шанс спасти ее был упущен, когда ее отец пошел на поводу сексуального садиста, - добавляет Крейг с глубоким вздохом. - Мне не нужно быть профайлером, чтобы понять это. Наше единственное преимущество - знание, что Лана, скорее всего, в его списке. Мы должны сосредоточить все свои усилия на этом.
- Но мы не можем, - говорю я, чувствуя, как разочарование растет внутри.
- Потому что они хотят, чтобы мы искали эту девушку, - соглашается Крейг. - И Лана злится на тебя. GPS ее машины был отключен вскоре после ее покупки. И либо ее телефон разряжен, либо она вынула батарею, чтобы мы не смогли найти ее таким образом. Умно, если последнее. Есть ли какая-нибудь причина, по которой твоя девушка так усердно постаралась скрыть свои следы?
Даже я признаю, что это странно подозрительно.
- Лана очень уважает приватность. Она также не доверяет правоохранительным органам, как я изначально и думал.
Он медленно кивает.
- Логично. Большинство людей не доверяют правительству. Если она хорошо разбирается в приватности и гражданских правах, это имеет смысл. У нее вообще есть вайфай? Потому что его я тоже не могу найти.
- Я все никак не находил время, чтобы подключиться к вайфаю, когда был там, поэтому понятия не имею.
- Ну, в любом случае, я не могу найти твою девушку. Мне помогала Сара из отдела по уголовным делам «белых воротничков». Она сказала, что девушка знает, что сделать, чтобы тебя не нашли. Она часто сталкивалась с этим, когда занималась сексуальными преступлениями. Женщины, которые подвергались жестокому обращению, неоднократно скрывались с радара и становились изолированными и скрытными. Я сомневаюсь, что то же самое происходит с твоей девушкой, так как ей кажется, что она чувствует себя комфортно в своей собственной шкуре и не боится, но я обнаружил много сходств в ее крайностях по поводу личной жизни с теми случаями, о которых мне рассказала Сара. Это их обычная практика.
В моем животе образуется узел. Ничто в ней не отмечало ее как жертву, но затем я вспоминаю нашу первую встречу. Она была более отрешенной, готовой обороняться, но не отшатнулась от моего прикосновения.
Нет. Нет. Моя голова сейчас слишком переполнена, и я плохо соображаю. Она ни от кого не убегает. Во всяком случае, она слишком храбрая и не понимает всей серьезности этой ситуации.
- Любой, кто когда-либо подвергался физическому насилию, не будет отворачиваться от полицейских, если знает, что является потенциальной жертвой сексуального садиста. Я хочу, чтобы она была под защитой. Система безопасности недостаточно хороша. Они воспримут это всерьез, если ты поддержишь меня.
- Уже попытался, - говорит он, снова мрачнея. - Директор сказал, что ты не можешь контролировать свою девушку, используя ресурсы ФБР. Он не считает, что ей угрожает опасность, с которой не справится дополнительный патруль. Он вообще не думает, что субъект придет за ней, так как он даже не знает, что ты с кем-то встречаешься.
- Как будто он самый наблюдательный человек в мире, - ворчу я.
