Налепка умолк, собираясь с мыслями, и с улыбкой продолжал:
- Решил я вести с тем гетманом некоторую игру. Прикинулся простачком. «Против кого же мы с вами воевать будем? - спрашиваю, - и каковы наши силы?» Растолковал он мне, что воевать будем против большевиков, а силы у него есть, да помощи ожидает великой... Намекнул на того парашютиста из Лондона, который еще с Чембалыком дружбу водил...
Лицо Налепки нахмурилось. Мы с нетерпением ждали, что было дальше, но рассказчик сосредоточенно молчал. Никто из нас не нарушил этой паузы: Налепка, видимо, мысленно переживал все события еще раз, и мы понимали это.
- А дальше, правда, чуть не попал я в ловушку. Гетман потребовал дать письменное распоряжение отряду, чтобы немедленно прибыл к нему... Ох, трудно мне было выкрутиться из того положения. И все же моя взяла! Послал он со мной девять своих бандитов...
- Тут, на месте, мы их и разоружили, - закончил за Налепку комиссар Федоров.
Возвращаясь в штаб, мы обсуждали с Коротченко попытку Бульбы перетащить словаков и организовать антибольшевистские легионы, говорили о помощи, обещанной из-за рубежа этому врагу нашего народа.
Визит к Бульбе был сопряжен со смертельной опасностью. Но Налепка сообщил ценные сведения. И об этом мы немедленно доложили в Москву.
...На аэродроме творится что-то невероятное. Ночью село двенадцать самолетов, двадцать выбросили груз на парашютах и улетели обратно. Посадочная площадка завалена парашютами, мешками с оружием, боеприпасами, взрывчаткой...
Прилетел Захар Антонович Богатырь! - донесся до меня радостный голос Демьяненко.
И действительно, на летном поле показался Богатырь с группой незнакомых людей.
- Дозвольте представиться письменникам, - обратился ко мне невысокий мужчина в лихо заломленной пилотке. - Писатель Анатолий Шиян, - сказал он уже по-русски, с мягким, присущим украинцам акцентом, - А это Яков Баш.
Вслед за писателями придвинулся высокий, чуть сутулившийся человек:
- Лектор ЦК КП(б)У Кузьма Дубина.
Вместе с Богатырем прилетела и группа комсомольских работников. Радостной была эта встреча.
Подвели лошадей.
- Ну что, поехали?
- В самолете кое-что осталось, - озабоченно проговорил Богатырь. - Привез звуковой киноаппарат и фильмы.
- Это как раз то, чего нам не хватало! - обрадовался я.
Пока Богатырь доставал свой груз, гости оживленно рассказывали о последних событиях на фронте, о жизни в тылу.
- Война еще продолжается, - говорил Дубина, - а в освобожденных от врага районах уже налаживается мирная жизнь...
Веселый, общительный Анатолий Шиян забрасывал меня вопросами о нашем партизанском житье-бытье.
- Вот видите, - отшучивался я, - дождались мы такой жизни, что у нас есть даже кинооператор. А теперь будет и свой лектор с Большой земли, и свои писатели, и своя киноустановка.
Гости уселись в повозки, а мы с Богатырем на коней, и отправились на базу.
- Тебе привет от московских товарищей, - сказал комиссар. - ЦК партии и штаб партизанского движения довольны деятельностью нашего соединения. Обещают помочь всем необходимым.
- А ты не забыл упомянуть о наших польском и чехословацком отрядах?
- Еще бы! ЦК придает им серьезное значение. Нам советуют сделать все возможное, чтобы польский отряд скорее перешел действовать на территорию Польши. Товарищ Хрущев подробно расспрашивал меня о делах чехословацкого отряда и охранной словацкой дивизии. О них будет сообщено ЦК компартии Чехословакии. Рекомендовано усилить агитацию среди солдат и офицеров словацкого полка. Звать их к нам, в чехословацкий отряд...
- Приехал ты вовремя. Готовится новое крупное наступление на наш партизанский край...
Об этом же подробно заговорил Бородачев, как только мы вошли в штаб. За время моего отсутствия он получил дополнительные сведения.
- Противник накапливает силы на левом берегу Припяти, - говорил Илья Иванович, водя карандашом по карте. - Танковая дивизия расположилась в Петрикове и Турове. Ночью туда подвозили понтоны. В Мозыре и Ельске наблюдается большое скопление пехоты. В Овруч, Белокоровичи и Олевск прибыли мотомехчасти.
- Тонко задумано, - сказал я. - Хотят вклиниться в лес на дороге Ельск - Туров и ударить по нашим отрядам, стоящим на правом берегу Уборти... Нужно срочно вывести основные силы за реку, чтобы удар противника пришелся по пустому месту!
- Нацисты убеждены, что партизаны не ведают об их намерениях, - заметил присутствовавший при разговоре Налепка. - Они распространяют слухи, что немецкие части прибыли вовсе не для борьбы с партизанами. Что они двигаются к фронту. Но поскольку партизаны перерезали все дороги, они вынуждены расположиться ка отдых...
- Ссылка на дороги, товарищ капитан, не лишена оснований, - откликнулся Бородачев. - Ночью мне передали секретное донесение, найденное у убитого спецкурьера. Послушайте, что пишут об этом сами гитлеровцы:
