Врон Мур точно не мог это наблюдать – его машина, падающая далеко впереди, как раз повернулась брюхом в ту сторону. Монийцы в челноке могли заметить, но не факт. На счёт остальных сложно было что-то сказать – они за время полёта сильно удалились друг от друга, и понять, в каком положении летят другие истребители, было сложно.
– Мы сегодня увидели больше, чем за весь предыдущий год.
– Встреча с «Пурпурной звездой» вообще на событие века тянет.
– Ты ведь знаешь рассказы о странной личности, которая носила прозвище «Мудрый Сокол»?
– Да, – ответила Оса. – Как не знать…
Мудрый Сокол был знаменит как великий учёный Федерации, большой специалист сразу по двум взаимоисключающим наукам – космологии и религиоведению. Настоящего его имени никто не знал. Он появился непонятно откуда, сконструировал экзорелектор нового поколения, который монийцы очень долго не могли превзойти, и эффективную рельсовую пушку.
В религиоведении и богословии он не так прославился, потому что в этих науках (по крайней мере, у истиннославов) все знаки препинания были твёрдо расставлены на своих местах. Но о нём ходили всякие невероятные слухи. Так, рассказывали, что он умел водить межпланетные челноки с завязанными глазами и видеть сквозь стены. В конце концов, он исчез так же таинственно, как и появился.
– Не помню, рассказывала я тебе про это или нет…
– Когда-то рассказывала, но я уже плохо помню.
– За некоторое время до исчезновения он устроил экспедицию далеко за пределы исследованной нами области, на неустановленную углеродную планету. Типа собирался наладить добычу гигантских алмазов, но это была отмазка. Сам он, как ни странно, остался на Кад-Мурине. Мой прадед участвовал в организованной им экспедиции. И… Он боялся рассказывать это при жизни. Перед смертью мне рассказал и просил никому никогда не говорить. Оказывается, им помешали инопланетяне.
– Да, припоминаю, ты что-то про это рассказывала. Там всякая дичь творилась, я верно помню?
– Да. Те, кто оборудование развёртывали, часто видели огромные светящиеся объекты различной формы. И вот однажды такая штуковина, где-то метров четыреста в длину, шестьдесят в ширину и такой же высоты, зависла прямо над их базой. Все ослепли. Потом свет потух, все продирают глаза, смотрят – а это огромный звездолёт, висит прямо в воздухе. Потом у него снизу кусок обшивки отделился и поплыл вниз, а на нём стоят пятеро в скафандрах. Рост громадный, метра четыре, передние лапищи с пятью пальцами, как у нас, лица плоские, лысые, без единого пёрышка…
– Крылья у них были?
– Ты этот вопрос уже задавала.
– Да, действительно…
– Так вот, аппарель спустилась, они осмотрели всё, что вокруг понастроено, сошли на поверхность. Все попрятались, но они как бы ментально всех чувствовали… И, похоже, умели мысли читать. Немного побыли, около минуты, а потом всем приказали улетать оттуда…
– Каким образом?
– Силой мысли. Учёные побоялись ослушаться, собрали всё и улетели… Ора, ты ничего странного не ощущаешь? – с этими словами Оса прикоснулась ко лбу кистью. – У меня в голове какое-то жжение…
– Да, у меня тоже… Уаааааа!!!
Они не смогли сдержать крика: голову сковала страшная, невыносимая боль. Длилось это недолго – по телу прошла волна холода, затем волна тепла, и всё прекратилось, только осталось лёгкое приятное тепло в голове.
– Ох… Великий… – простонала Орания, отходя от необычных ощущений. – Что это такое было?
– Отдалённо похоже на острую пароксизмальную эпилепсию.
– Одновременно у нас двоих? Что это может значить?
– Не знаю… Надеюсь, это больше не будет повторяться.
Тем временем, истребитель сбросил скорость примерно до 120 м/с и теперь планировал, постепенно снижаясь. Далеко впереди виднелся истребитель Врона, летящий по аналогичной траектории. Под ними простиралась ярко-зелёная степь, сзади виднелись на пределе видимости горы, а далеко впереди степь переходила в лес. В облаках плавали какие-то огромные зелёные штуковины, похожие не что-то среднее между дирижаблем и гигантской медузой – очевидно, какая-то специфическая местная фауна.
Высота быстро уменьшалась и уже составляла не более пяти километров. Тянуть дольше было опасно.
– Приказ: готовимся катапультироваться!
– Принято…
72-III-569, общ. 08:33
Хорлак любил свой истребитель. Эта машина для убийства нравилась ему своим хищным профилем, а вид рельсовых пушек и боевых лазеров, выглядывающих из обтекателей, вызывал у него трепет и зуд в пальцах.
Он относился к той категории воинов, которые воевали ради войны. Будь у него возможность, он бы не вылезал из истребителя совсем. Кроме того, он надеялся в скором времени стать ведущим своей машины. Предпосылки для этого были – он великолепно умел взаимодействовать со звездолётом… Но сейчас он был вторым пилотом. Вдвойне обидно было то, что командовала им девушка.
Звали её Асинта Файр, или просто – Ася. Хорлак эту крылатую бестию и любил, и ненавидел одновременно. Она ему в какой-то степени даже нравилась, но при этом бесила своей показной правильностью и никак не желала с ним общаться.
