Анну разбудил звонок мобильного. Она с трудом разлепила глаза и уставилась на тумбочку. На дисплее высветилось имя – Матильда. Этого не может быть! Она не должна брать трубку. Мобильный продолжал звонить, его настойчивые звуки словно проникали в мозг, сверлили его. Она не будет брать трубку! Ни за что!
Мобильный продолжал звонить. Не выдержав, Анна схватила трубку, оттуда послышался смех, жуткий, нечеловеческий. Невозможно было определить, кому принадлежал этот смех – мужчине или женщине? И от этого было еще страшнее. Какой-то потусторонний утробный хохот. Чья это шутка? Какой идиот хочет ее напугать?
Смех сверлил ей мозг, проникал в нее. Анне стало трудно дышать, не хватало воздуха… и тут она открыла глаза. Это был просто сон.
Анна приняла еще пару таблеток и снова уснула…
После такого количества таблеток утром голова была тяжелой. Анна заварила крепкий чай и уже наливала его в чашку, как услышала звонок в дверь.
Кого это принесло в такую рань? Она нехотя подошла к двери. На пороге стояла сестра Вера:
– Ты еще жива?
– Как видишь? – ответил Анна, широко открывая дверь.
– Я ненадолго. Заходить не буду.
– Дом полон чертей, только войдешь, и на тебя накинутся, – страшным голосом прошипела Анна, давясь от смеха.
– Перестань! Не хочу таких шуток, особенно здесь!
– Так, шуток ты не хочешь, а чего хочешь? Зачем приехала? По сестре соскучилась?
– Я тебе не все рассказала, и меня это мучает, – созналась Вера.
– Что такого таинственного ты от меня скрыла?
– Я не все рассказала про Матильду. Слушай, перед смертью она интересовалась оккультизмом, в этом доме устраивала спиритические сеансы. Сюда приходило много странных людей. Все доказательства уничтожены, но это так, – выпалила Вера одним махом.
– Нет, не уничтожены. Я кое-что нашла.
– Что?
– Фотографии с сеансов, спиритическую доску…
– Ты же не трогала эту доску? Ответь мне честно.
– Не пробовала пообщаться с духами? – дразня сестру, кривлялась Анна. – Плохо ты меня знаешь. Конечно, пробовала.
Вера в ужасе смотрела на Анну, так люди смотрят на тех, кто заражен смертельной болезнью. Схватив сестру за руку, Вера запричитала:
– Умоляю, не лезь туда и не задавай вопросы мертвым – это опасно. Ведь никогда не знаешь, какой ответ получишь. И никогда не знаешь, кого разбудишь. Поверь мне, тут есть кого разбудить…
Анна скинула с себя руку Веры и ответила:
– Успокойся, никуда я не лезу. Что ты обо мне так волнуешься?
Вглядываясь в лицо сестры, Вера ответила:
– Над виллой «Магнолия» висит проклятье! Все, кто жил в доме после смерти Матильды, плохо закончили. Все. Она – наше родовое проклятье!
– А мы кто? – показывая на себя пальцем, спросила Анна. – Ее гордость? Матильда может гордиться нами? Чего мы достигли, чтобы судить о ней? Ты – неудачница, скажи!
Анна смотрела на сестру, которая не успела привести себя в порядок с утра: бледная, с унылым хвостиком и скисшим от вечного нытья лицом.
– Тебя она тоже околдовала. Не поддавайся ей!
– Совет слегка запоздал, – сказала Анна.
– Странная ты стала. Это дух Матильды просочился в тебя через спиритическую доску, он и управляет тобой. Этот дом – ловушка, и ты уже попалась. Ты растормошила то, что лучше было не будить. Теперь ты обречена!
У Анны мурашки поползли по телу от этих слов, но виду она не подала:
– Благодарю за предупреждение. Что бы я без тебя делала, сестричка?
У Анны не было желания выслушивать нравоучения в свой адрес, у нее и без того голова раскалывалась, а Вера с жалостью и состраданием смотрела на нее. От этого взгляда Анна почувствовала внезапное раздражение. Из-за бессонницы и головной боли сегодня каждая мелочь выводила девушку из себя. Она взбесилась:
– Ты пришла меня нагрузить? Строишь из себя заботливую сестренку?
– С этого и начинается вселение нечисти в тебя. Доска Уиджи – это портал в наш мир. Есть люди, которые открыты тому, чтобы служить таким порталом…
– Я все держу под контролем, не переживай за меня, – Анна засмеялась. – Клянусь, каждый раз при встрече с нечистью я буду вспоминать твои предостережения и буду крайне осторожна.
Вера вспыхнула от обиды и приготовилась уходить:
– Если что, звони.
– Без сомнения, – успокоила сестру Анна.
Вера покачала головой, не доверяя этим словам, и медлила с уходом. Казалось, она хочет что-то добавить, но не может подыскать нужных слов. Анна захлопнула дверь перед ее носом.
Услышав шум отъезжающей машины, Анна поднялась наверх. Около портрета Матильды она остановилась как вкопанная. После слов сестры эта картина еще больше пугала Анну. Она зашла в спальню и достала из-под трельяжа маленькую скамеечку и плед. Закрыв пледом портрет Матильды, Анна вернулась на кухню. Но писать сегодня она не могла. Что-то было не так… Однако она не могла сообразить, в чем дело.
Девушка чувствовала себя подавленной и усталой. Головная боль не проходила, и Анна решила прогуляться.
