— Твоя работа оценена по достоинству, впредь все обнаруженные рецепты и неизвестные Назарику животные, фрукты, овощи и специи будут направлены прямо к тебе, чтобы ты продолжал совершенствоваться в кулинарном мастерстве, достигая вершины прогресса, — лучше такие похвалы раздать при подчиненных, чтобы они помогли исполнить обещание своего правителя. К тому же они будут в его исполнении куда больше заинтересованы, если попробуют нынешний пик мастерства нашего повара, внешность и расу которого мы подбирали во время Хэллоуина, руководствуясь правилом: «сладости или гадости».
— Га-Га-Га, — зловеще рассмеявшись, тыквоголовый скорее всего попытался скрыть смущение. — Ваша похвала честь для меня, нет, я сделаю лучший в мире торт, на котором из лучших сливок напишу ваши слова, чтобы предоставить вам пик своего мастерства на дегустацию, — поклонившись, он вместе с горничными покинул зал собрания. В Назарике есть не только Плеяды, слуг здесь куда больше, но боевых маловато будет.
— Господин Бондрюд, сколько у нас есть подобных зеркал? — вопрос Демиурга прозвучал на удивление серьёзно. Неужели у него есть планы по разработке сверхмощной разведывательной сети на их основе?
— Меньше, чем хотелось бы. Мало кто из обитателей Иггдрасиля носил подобные артефакты с собой, — точнее игроки хранили их в инвентаре, но мне не хотелось лишний раз напоминать себе происхождение текущей силы и богатства. По сути, всё это некогда было обычным набором нулей и единиц. — Всего три, помимо тех, через которые вы сейчас следите за полем боя, — на собрание я принес шесть зеркал, чтобы каждая сторона могла следить за происходящим. Итого выходит девять.
— Понятно, могу ли я использовать одно из них для…
— Демиург… — холодно остановила его Альбедо.
— Всё хорошо, у моего доверенного заместителя есть все полномочия, чтобы использовать ресурсы Назарика для воплощения плана по расширению влияния нашей базы, — по идее, ему должно хватить мозгов не растратить и поломать всё в первый день. Хотя, с момента переноса в новый мир мною было потрачено несколько тривиальных расходников. Выходит, что из всех членов Назарика — я самый расточительный.
— Прошу меня простить… — скромно извинилась Альбедо под довольную ухмылку Куруми, которая не слабо так ударила по женской гордости.
— Поразительный боевой дух, — Коцит всеми своими ледяными глазами уставился в одну точку. Подправив своё изображение, мною был настроен экран, чтобы видеть то же, что и Король паразитов. Другие стражи последовали моему примеру.
Рыцарь принцессы — её самый верный и послушный пёс, которого она взращивала с раннего детства. Преданного рыцаря нельзя назвать самым смелым, и уж тем более самым сильным воином. Всё что у него имелось — преданность, как у собаки. Вечная признательность за спасение; к самой прекрасной девушке, которую он только встречал в этой жизни.
Ради неё — парень был готов свернуть горы и осушить моря.
Однако несмотря на свою верность, Клаим ослушался приказа «быть рядом с ней», отправляясь на помощь гражданам королевства. Вначале имело место быть простое оправдание — «помочь тем, кто не может постоять за себя», но вскоре эти мысли перебили другие — «сделать так, чтобы золотая принцесса засияла ещё ярче».
По мнению группы авантюристов адамантового ранга: «над миром нависла угроза, невиданная со времен пришествия Злых Богов в этот мир, а то и превышающая их мощь разрушения».
Переживая за будущее принцессы и её положение среди коррумпированных дворян, рыцарь возжелал попытать счастье в отчаянной попытке уничтожить тварь, выходящую за все рамки человечества. Кто знает, возможно, такой подвиг позволит обычному простолюдину встать поближе к той, кто ценнее жизни.
— Я-я… — тяжело дыша, Клаим продолжал бежать по телу твари быстрее, чем бежал бы заяц от орла. Во время бега он также уворачивался от сотен мелких щупалец гигантского дерева Айннаш размером с город, и делал это куда проворнее антилопы, удирающей по Сахаре от гепарда.
Даже когда легкие горели от повышенной до предела температуры воздуха в пространстве, даже когда в глазах помутнело из-за едкого дыма, а из разорвавшихся барабанных перепонок от визгов химеры полилась кровь — он продолжал бежать. Бежать не от горящей заживо химеры, а наоборот, в сторону угрозы.
— Обязательно защищу госпожу и сделаю её счастливой! Ва-а-а-а! — парень издал боевой клич, столь мощный, что даже Коцит сумел прочитать его смысл по губам, восхищаясь храбростью воина, и продолжая наблюдать через зеркало удалённого видения за парнем.
Слабым, но несдающимся под тяжестью судьбы — героем, держащим в одной руке щит, а в другой меч. Вся его экипировка выполнена из мифриловой руды, так что носитель превосходной брони не сильно переживал из-за нагрева стали.
Ведь посторонние мысли о боли отнимали у тела энергию, и бдительность у разума, а также мешали сосредоточить внимание на особенном отростке щупальца, какой можно встретить у кракена.
