Когда прохладный унитаз,Не уважая тяготенья,Познав потребность темных масс,Пропагандируя боренье,Пролив поток застойных водНа главы запустевших храмов,Взлетит над ханжеством господ —Эксплуататоров и хамов,Назло враждебным голосам,Назло главе масонской ложи,Доложит сводку небесам,И нечестивец крикнет: «Боже!Зачем я молот утащил,А серп заржавленный оставил?И шестикрылый ГавриилМеня на пензию отправил.» —Тогда придет сантехник в домВ кирзе, со списанным ведром,Похожий на урода,Достанет в прошлое билетИ спросит: «Где Ваш туалетСемнадцатого года?»<p>ЗАПОВЕДЬ</p>На скрипучей старенькой телегеПроезжал по улочке Христос:— Не целуйтесь в комнате, коллеги,Ежли дом готовится под снос.На дешевом, грязном самокатеДвигался по улице господь:— Не сексуйтесь, стоя при закате,Ежли гнус терзает вашу плоть.На машине ржавой, из аптекиПо проспекту шествовал Иисус:— Не любите порнодискотеки,Впрочем, ориентируйтесь на вкус.На осле по площади великойЕхал Вова—красная рука:— Разрешаю спать с партийной книгой,Наслаждаться — органом ЦК.<p>СТАНСЫ</p>С пришельцами я девять раз встречался:Все были ветеранами труда.Один из них, как лист сухой, качался,Другой скончался. Жалко, господа…Цвела сирень. Эстетствовали ветки.Нездешний глас нахально верещал.Заслуженный гвардеец пятилеткиОт накипи кофейник очищал.Сгустилась тьма разврата и разбоя,Раздвинулись вспотевшие кусты.Ушла тоска последнего изгоя,Явилась молодость, эрекция и ты.Как пролетарий с классовых позицийТебя я трахнул, словно буржуа.Мне не хватило денег и амбиций.Прости меня — за то, что ты жива!Любимая! Давай по–философски.Устав от многочисленных потерь,Я не могу забыть твои присоски,Кому ты их доверила теперь?Я вижу по ночам твои уключины,Прокатный стан, падение в траву.Все члены моей партии измучены.Прости меня — за то, что я живу!<p>Отрывок из поэмы «АФГАНИСТАНЩИНА»</p>
