Тем не менее, она была там. Скрытая в тени широкополой шляпы с легкой вуалью, она со слезами ревности наблюдала за тем, как принцесса Алиетт, выглядевшая словно ангел, сошедший с небес, в своем воздушном белоснежном платье, с безупречными белокурыми локонами, слегка прикрытая прозрачной фатой, сидела подле Плоидиса и, улыбаясь, чинно приветствовала своих новых подданных.
«А чего ты хотела? – подумала Иллиандра. – Он король, он обязан иметь супругу. Да и неужели ты когда-либо думала, что на ее месте могла бы быть ты?..»
Умом Иллиандра понимала всю формальность, всю политическую подоплеку этого брака, однако Алиетт была так молода, так красива и нежна, что Иллиандра просто не могла совладать со своей бессмысленной ревностью. Еще с того самого момента, как она узнала о готовящемся браке, она боролась со своими восставшими против этого чувствами и надеялась, что принцесса Алиетт окажется заурядной, непримечательной, серой… Однако то, что она увидела сейчас, разрушило все ее надежды.
«Прекрати себя истязать, – Иллиандра в который раз попыталась взять себя в руки. – Ты не в силах ничего исправить. Он король, и теперь он женат. Он любил тебя, но любовь и корона – вещи несовместимые… хотя, глядя на новую королеву, в этом можно засомневаться».
Экипаж королевской четы давно скрылся, и толпа стала расходиться, чтобы повеселиться в парках и тавернах. Иллиандра юркнула в узенькую улочку, не наводненную людьми, и поспешила в свой замок. Весь вечер она пыталась выбросить из головы образ счастливой пары, которую представляли собой Плоидис и Алиетт на глазах у многотысячной толпы, однако ей это не удавалось. Она невпопад отвечала на вопросы, дважды роняла столовые приборы за ужином и, в конце концов, закрылась у себя в комнате, сославшись на жуткую мигрень и попросив, чтобы ее никто не беспокоил.
Наступила ночь, а Иллиандра еще долго лежала без сна, думая о том, что должно было неизбежно последовать за праздничным ужином, и уже была не в силах ни остановиться, ни совладать с той болью, которую ей приносили эти мысли…
Наступила ночь, и праздник в королевском замке постепенно стал стихать, приближаясь к своему завершению. За весь вечер Плоидис обмолвился с женой лишь парой вежливых фраз; Алиетт была так же молчалива, как и в предыдущий день, однако она улыбалась окружающим так же ровно, как Плоидис, и на лице ее не отражалось ни толики каких-либо чувств.
И вот закончился последний танец, и с его завершающей нотой Плоидис обнял Алиетт за талию и легко подхватил на руки. Это был последний традиционный ритуал: муж должен был на руках отнести жену в спальню в сопровождении молодых гостей, которые закрывали за ними двери с радостным улюлюканьем.
Покои королевы, которые в первую брачную ночь являлись спальней молодоженов, находились довольно далеко от праздничного зала, однако донести миниатюрную Алиетт Плоидису не составило труда. Под гомон гостей он внес ее в переднюю гостиную и обернулся, чтобы увидеть, как закрываются двери покоев. Как только захлопнулись створки, он бережно опустил Алиетт на пол, запер двери и под стихающий гомон жестом предложил ей пройти в следующую комнату.
Это оказалась спальня королевы. Алиетт молча вошла и встала у высокой постели, ожидая Плоидиса. Она вновь смотрела на него без всякого выражения, однако подойдя ближе, Плоидис заметил, что девушка дрожала.
И вдруг он понял, кем выглядел для нее. Старше ее на десять с лишним лет, незнакомый мужчина, ставший ее мужем по воле политики и теперь стоявший рядом с ней в ее спальне…
Плоидис вздохнул и мягко улыбнулся уголками губ.
– Алиетт, прошу Вас, не бойтесь меня. Я не трону Вас. Ни сегодня, и никогда до тех пор, пока Вы сами этого не захотите.
Ее лицо наконец ожило. Удивление, сомнение, недоверие отразились на нем. Потом их сменила робкая улыбка, и Алиетт тихо произнесла:
– Благодарю, Ваше Величество.
– Вне общества можете звать меня по имени, Алиетт, – тепло улыбнулся ей Плоидис. – Вы все-таки теперь моя жена, и я надеюсь, мы с Вами станем друзьями.
Алиетт вдруг тихо рассмеялась.
– Простите меня, Плоидис, но я никак не ожидала услышать от Вас подобного… признаюсь честно, Ваше предложение дружбы – это лучшее, что могло случиться со мной этой ночью.
Плоидис рассмеялся в ответ и подошел к ней ближе, однако, увидев мимолетный испуг на ее лице, поспешил сказать:
– Не бойтесь. Я всего лишь хотел помочь Вам разобрать прическу… сегодня ночью это, очевидно, должны делать не слуги. Вы ведь понимаете, что на людях наш с Вами союз будет именно браком, а не дружбой.
– Конечно, – Алиетт вздохнула и повернулась, чтобы Плоидис смог достать заколки. – Простите за вопрос, – продолжила она, пока Плоидис аккуратно снимал фату с ее головы, – но это значит, что Вы все же будете ночевать у меня?..
Плоидис вновь почувствовал недоверие в ее голосе.
– Нет, – ответил он. – Я уйду сейчас по тайному ходу и вернусь утром, чтобы выйти вместе с Вами. Если Вы не верите мне, – добавил он, – можете запереть дверь спальни.
Алиетт смутилась.
