«Мне не нравится это, про “атаку”. Не уровень Виктора Павловича. Подумать, как заменить. Например: “не буду с вами спорить”».

— Что может дать белорусская наука миру?

— Наша страна сильно пострадала во время Великой Отечественной войны. Те люди, которые обвиняют в том, что у нас нет ни науки, ни культуры, постоянно забывают, что в этом есть часть и их вины. Это их сапог топтал наши таблицы Менделеева, когда мы пытались вырваться из царской разрухи, из польской оккупации. Так что не надо ля-ля. У нас сильное машиностроение, наши сыры, творог и молоко продаются в каждом московском магазине. И вы спрашиваете, что может дать белорусская наука миру?

«Полностью переписать, мне не нравится. Я не помню, что там точно ответил Виктор Павлович, но, может, его ответ все-таки лучше, чем эта ваша отсебятина?»

— Ну и напоследок — о личном. Вы уже обустроились в Минске? За столькими делами удалось ли организовать личную жизнь?

«Дурацкий вопрос. Убрать его полностью! Вместе с ответом!»

— В Минске пока живу в правительственной гостинице «Октябрьская», но уже получил ордер на ведомственную квартиру на улице Лодочной. Я пока не женат, но варианты, так сказать, уже просматриваются. В том числе (смеется) из числа окружающих меня специалистов.

«Переписанную версию прислать мне для публикации, вместе с фотоснимками, их должно быть не менее пяти на выбор, мой электронный адрес найдете в новом справочнике, Татьяна Степановна Король, в разделе “Секретари Председателей Постоянных Комиссий”».

х х х

Ясе нравится ее новое жилище. Не столько близостью к метро и месту, где она трудится, сколько соотношением высоты потолков к площади комнат, вытянутыми сталинскими окнами, латунными ручками на межкомнатных дверях — во всем этом присутствует измерение красоты, впоследствии расстрелянное типовыми хрущевками. В квартире почти ничего нет из обстановки, сорваны даже обои, ее готовили к хорошему ремонту, да, видно, на полпути что-то кончилось — то ли деньги, то ли желание хозяев противостоять энтропии Вселенной. По утрам с чердака доносится воркование голубей. Через окна открывается голый сад. Солнце всходит в окнах кухни и заходит в ее спаленке.

В предутренних сумерках, шепнув платьем, в комнате появляется легкая фигура. Ее волосы убраны в узел. Ее шея тонка, а лицо бесстрастно. Женщина выглядит моложе, чем спящая девочка. Фигура садится у нее в ногах и подтыкает одеяло, защищая ноги теплом, ибо в комнате свежо. Она сидит до момента, пока рассвет не озаряет комнату отраженными брильянтовыми всполохами. Ее нет, когда Яся просыпается.

х х х

В сильные морозы каждый новый клиент запускает с собой волну холода, которая прокатывается по магазинчику, отражается от близкой стены и накрывает Ясину спину. Клиенты делятся на людей — эти закрывают двери за собой, даже когда не срабатывает доводчик, и нежить, которой плевать на температуру в амбразуре и тем более плевать на теплокровное существо, мерзнущее над кассовым аппаратом. На Ясиной пояснице — колючий шерстяной шарф в два оборота.

Худенький молодой человек поднимается по ступенькам, заходит, затворяет за собой дверь, отсекая ледяной хвост, и все это — не прекращая разговаривать по телефону. Продавщице интересно, как же он скажет, что ему нужно: включит громкую связь или все же прервет разговор? В наше время прохожий, просто идущий по улице — не разговаривающий, не серфящий в интернете, не пишущий эсэмэску, — становится редкостью. Вошедший поступает по-иному. Он подает Ясе список, выведенный от руки. Говоря о времени, — если мы где-нибудь еще и видим списки, создаваемые от руки, так это в магазинах, в руках забывчивых юношей.

Яся начинает выкладывать запрошенный списком товар, думая о том, что этот перечень свидетельствует в первую очередь о том, что молодой человек очень любит свою девушку. А та — очень любит себя. По списку можно составить совершенно точный портрет этой девушки, который может быть также близок к реальности, как те цифровые слепки, что рисует по нашим запросам о нас «Google».

Перейти на страницу:

Похожие книги