В субботу утром Уард выехал в Иллонафуллу в дурном настроении. Рейчел Бриско не нашли ни у нее дома, ни в Оффали, ни в Дублине, и он организовал обыск территории в области вокруг Лугнаброна, начав с заднего сада Урсулы Даунз, где нашли бинокль девушки. Пока что, однако, поисковые мероприятия продвигались неудовлетворительно. Было слишком мало людей, и слишком много времени занимала мобилизация и организация дополнительных офицеров и волонтеров. Все шло не так. Пришлось послать отряд полицейских в Фербейн, где в эти выходные проходил фестиваль «Лейнстер Флед Кеойл». Ежегодный фестиваль народной музыки означал, что понадобятся дополнительные наряды полицейских, так как город будет переполнен людьми в пабах и на улицах, а неохраняемые сумки и музыкальные инструменты как раз будут соблазнять воришек. И в довершение всего, после почти рекордных двух недель прекрасной погоды начал лить косой дождь.
— Они все собрались, Лайам, — Морин Бреннан наклонилась к окну машины, которое он приоткрыл. — Ждут ваших инструкций. Я сказала им подождать в сарае, там сзади, чтобы укрыться от дождя, пока это возможно.
По небу тихо двигались низкие, переменчивые серые тучи, отчего пространство между небом и землей казалось уже, чем обычно.
Кто-то в сарае для сена устроил стол, положив лист фанеры на пару пильных козлов, и Уард развернул карты, пока Морин собирала вокруг людей. Несколько человек держало дымящиеся чашки чая, один-два погасили сигареты у входа и развернулись, чтобы последовать за Уардом под изогнутую крышу из листового металла. Они собрались вокруг самодельного стола; их худощавые лица напомнили Уарду его первые годы в полиции. Здесь было больше женщин, чем, когда он начинал, и это было хорошо.
— Некоторые из вас, — сказал он, — возможно, знают, что вчера утром, как раз за стеной заднего сада, мы нашли здесь бинокль, принадлежащий Рейчел Бриско. К настоящему моменту ее не видели уже сутки, и ее работодатель подал официальное заявление о ее пропаже. Рейчел Бриско двадцать два года. Рост пять футов шесть дюймов, длинные темно-каштановые волосы и карие глаза. Последний раз, когда ее видели, на ней был темно-синий анорак, джинсы и сине-серые кроссовки. Возможные отличительные черты — несколько залеченных шрамов на руках или запястьях. Вот фотография с выданного ее работодателем удостоверения личности, — Лайам протянул Морин пачку напечатанных на компьютере фотографий, чтобы раздать поисковой партии.
Уард развернул топографическую карту, которую принес с собой. Поперек ее верхней половины бежал с востока на запад Большой канал, на восточном крае карты был мост в Карригахон. На карте были отображены все древние памятники, кольцевые форты и дома-башни, монастыри и святые источники. Уард показал им, где они были, в аккуратно помеченном на карте фермерском дворе, и указал на яркую желтую линию, которой выделил район поисков. Уард поднял глаза и, посмотрев на сосредоточенные лица, понял: неважно, что большинство из них не знало девушку. Они будут искать ее, представляя на ее месте своих сестер, дочерей, и молясь, что ее найдут, живой и здоровой.
Когда поисковики отправились в путь, Уард встал в укрытии сарая за домом Урсулы Даунз, глядя на то, как цепочка полицейских в желтых дождевиках медленно поднимается на холм. Линия двигалась медленно, шаря в высокой траве, используя палки, чтобы тыкать в живые изгороди и подлесок. День сегодня будет очень долгий. Казалось, что тяжелые тучи зависли лишь в нескольких футах от земли, а дождь припустил сильнее — ужасный, проникающий насквозь ливень, который начался одновременно с серьезными поисками.
Он помнил, как принимал участие в таком поиске еще молодым офицером Гарды — его образованные родители презирали эту профессию, считая, что она годится только для работяг и прирожденных чиновников. Он был частью вот такой же цепочки, растянувшейся по покрытому лесом склону холма в горах Уиклоу в поисках женщины, пропавшей шесть дней назад. В тот день светило солнце, и Уард помнил звук шагов его товарищей-офицеров, пока они двигались по склону. И помнил, что они в конце концов нашли женщину. Лайам не мог вспомнить, что он заметил прежде всего, наверное, особенный запах смерти, потом неподвижную безмолвную фигуру и то, как лучики света пробирались сквозь зелень подлеска и блуждали по покрытой пятнами коже женщины. Он надеялся, что никому из его коллег не придется сегодня приобрести подобный опыт.
