Комната была просторной и полупустой, высокие стены украшали тёмно-красные обои, а пол плотно уложен мягким ковром. Всего одно окно практически не пропускало свет и завешивалось тяжёлыми шторами. Ника раскладывала вещи, аккуратно уложив их в шкаф, а картину своей сестры повесила над кроватью, решив, что там ей самое место. Теперь комната не смотрелось такой чужой, Ника смогла придать ей немного «жизни».
Решив, что ещё рано для сна, да и она всегда с трудом засыпала на новом месте, Ника отправилась на кухню, застав там Элону Анатольевну. Она была одета в тёплый домашний халат и смотрела на букет цветов, стоявших в огромной вазе посередине стола.
– Я слышала твою историю, мне так жаль, что тебе пришлось столько пережить, – мягко проговорила она и грустно улыбнулась. – Аристарх любил цветы и требовал, чтобы я всегда ставила на кухне свежий букет. Летом можно было набрать наших цветов, а вот зимой приходилось их покупать. Но он говорил, что цветы напоминают ему о том, что в мире ещё есть чудеса. А ты какие любишь цветы?
– Ромашки, – Ника сделала им чаю и подала на стол, расположившись напротив женщины. – А вы живёте у детей?
– У дочки. С сыном у нас не самые лучшие отношения, – она вздохнула и сделала пару глотков чая. – Он даже не приехал на похороны… – задумчиво произнесла она и тут же опомнилась. – О чём это я? Время позднее. Надеюсь, тебе здесь не будет одиноко, как говорил твой отец. Доброй ночи, – она собралась уйти.
– А как он умер? Ваш муж? – Ника сама не понимала, отчего решила задать этот вопрос. Ей стало неловко, когда она уловила на себе взгляд полный боли, и она уже мысленно ругала себя.
– Сердце остановилось. Он отошёл в тот мир спокойно. Прожив не самую счастливую жизнь, он хоть умер безболезненно. Во сне.
Больше ничего не добавив, она ушла, оставив Нику с неприятным тягостным чувством внутри.
Утром Доминика волновалась, предстояло попасть в уже сформированный коллектив и наладить общение с преподавателями. Никто не обязан жалеть её только за то, что с ней приключилась такая беда. Да никто и не будет. От первого дня зависело многое, и она это прекрасно понимала. Поэтому она решила одеться достаточно строго и представительно, и её выбор пал на белый брючный костюм, купленный ей в Польше. Накрутив волосы, она сделала лёгкий и неброский макияж и отправилась на учёбу.
Здание университета было огромным и величественным. Потребуется достаточно много времени, чтобы начать в нём достаточно хорошо ориентироваться. Сразу перед входом студентов встречал красивый фонтан, который отреставрировали лишь в этом году. Посереди него возвышалась статуя девушки, которая держала в руках книгу. Из него ещё били свежие струйки воды, и Ника с удовольствием сделала для себя пару фотографий, чтобы поделиться ими с семьёй.
Занятие проходило на втором этаже, и Ника без труда нашла необходимую аудиторию. Стоял шум, ещё до звонка было легко затеряться в общем потоке. Она медленно зашла в аудиторию, чувствуя лёгкое волнение и неприятную дрожь, а затем резко подалась вперёд и присела рядом с группой девушек. Их было трое, две девушки практически одного роста и чуть ниже Доминики, у них были светло-русые волосы и очень схожие черты лица. Позже Ника узнала, что они сёстры-двойняшки. Третья девушка была совсем низкой и миниатюрной. Её чёрные длинные волосы были собраны в высокий хвост, который она постоянно накручивала на тонкую руку. В больших глазах тёплого карего оттенка прыгали игривые огоньки. Она была достаточно милой и обаятельной особой. Звали её Алёна, она была из местных и жила по соседству с Доминикой, в большом коттедже на горе.
Благодаря удачному знакомству, Ника скоро с лёгкостью влилась в коллектив и к обеду уже была представлена всей группе. Ей устроили экскурсию по университету, рассказали про преподавателей, а Алёна вызвалась помочь с пропущенными занятиями. Алёна говорила достаточно много и быстро, иногда Ника даже упускала суть разговора. За короткое время их общения она смогла узнать, что у неё есть брат, любимцем которого является персидский кот Пуф, он старше и так же обучается здесь.
После обеда состоялась церемония открытия памятника жертвам, погибшим при крушении автобуса. Там было двадцать девять студентов, имена которых выгравированы и увековечены на синей каменной плите. Около получаса преподаватели произносили громкие речи, высказывая свое сожаление, и в итоге была проведена минута молчания.
После церемонии новые знакомые приглашали Нику пройтись в столовую перед парой, но она пожелала постоять немного у памятной доски, пообещав, что присоединится к ним на занятии.
Плита была мраморная, гладкая и имена были написаны красивым золотистым шрифтом. Ника с тоской думала о людях, что ушли от них. Она не знала их. Никогда не общалась с ними. Но она испытывала тоску по их утраченным жизням, понимая, что она могла быть в их числе. Отец предлагал ей отправиться в город на автобусе, вместе с остальными студентами, но она сама приняла решение поехать своим ходом на машине.
