Ника резко пробуждается, не сразу поняв, что произошло. Она ещё находилась во власти ночного кошмара и её окутывали пугающие мысли, одна хуже другой. Странная и ясная догадка сильно встревожила её, но она не успела сообразить, ощутив резкий запах гари. Когда она окончательно очнулась ото сна, то услышала удаляющийся смех, и треск огня. Помимо неприятного запаха серы и бензина, она начала осматриваться, и поняла, что никто не смог зайти в домик, поскольку дверь она крепко прикрыла кроватью и за это её решили подпалить. Сомнений не оставалось, чьих это рук дело, она принялась отодвигать тяжёлую железную кровать и вынимать доску, которая подпирала дверь, но было поздно. Всю стену, как и сам выход, поглотил огонь. Вскоре весь домик наполнился едким дымом, и она стала кашлять. Через дверь не выбраться, вся надежда оставалась на узкое окно. Она бросилась к нему и стала выламывать стекло, при этом сильно царапая руки. Но выбора не оставалось, огонь быстро перебросился на крышу и раздался неприятный треск, ещё немного и он рухнет. Из последних сил она расправлялась с окном, когда она выбила достаточное количества стекла, то стянула с себя куртку и застелила ею низ подоконника, чтобы ещё сильнее не порезаться. С трудом, но она смогла выбраться и успела как раз к тому моменту, как часть стены, под гнётом огня, рухнула, а пламя перебралось к оконной стене. Ника упала на землю и медленно отползла в сторону, чувствуя остаточное ощущение от прилива адреналина, сменяющееся ужасом. Она только осознала, что если бы не проснулась, то смогла бы заживо сгореть. Нервно рассмеявшись, она легла на траву и посмотрела на чистое голубое небо. Она смеялась, но не искренне, не радостно, это был смех отчаянья, боли, смех, который никогда ни у кого не вызовет даже улыбки, только сочувствие. Из её глаз капали слёзы, немые, болезненные. Она устала и хотела вернуться домой, ей уже не нужна учёба в странном городе, она не хочет таких приключений и путешествий, всё, чего она желает – это увидеть свою семью.
Поднявшись, она потёрла руки, заметив на них запёкшуюся кровь, она здорово порезала их, когда выламывала стекло. Поднявшись, она взглянула на свою одежду, полностью пропахшую дымом и всю в саже. Но это не страшно, в этом странном городе её увидят лишь единицы.
Она побрела домой улицами, стороной обходя центр. Каждый раз она осматривалась, прислушивалась к каждому шороху, боясь встретиться с Артуром или Денисом. Парни желали её смерти, и она чувствовала себя в опасности, понимая, что одной ей с ними не справиться. Где тот Изгой с его жаждой её защитить? Его не было тогда, когда они потянули её к мосту и тогда, когда попытались поджечь. Все его слова ложь и она не собирается следовать его советам. Он только и может следить за ней. Он бесполезен. Она почувствовала, что сильно разозлилась на Адриана и решила, что ни за что не станет общаться с ним, больше не последует его советам, и вообще будет обходить его стороной.
Домой она вернулась к обеду, и на пороге её встретил Аристарх Георгиевич. Он выглядел слегка задумчивым и был занят резьбой по дереву. Заметив Нику, он лишь криво усмехнулся и принялся дальше работать.
– Всё ищешь себе приключений? – спросил он, когда Ника раздражённо прошла мимо него. Она была настолько взбудоражена, что в ответ лишь нагрубила ему. – Попридержи язык, я, возможно, единственный, кто не заинтересован в твоей смерти, – резко ответил он. – Ну, почти. Ещё и Изгой.
– Я не хочу о нём слышать, – Ника присела на ступеньки, и обняла колени. – Вся его помощь только на словах. И вообще, что значит, вы не хотите меня убить? Что это за город? Да я буду жаловаться! Только я вернусь домой и… – она не договорила, поскольку старик разразился смехом, он отложил свою работу и продолжил хохотать, кладя свои руки на живот. – Что смешного? – разозлилась Ника и резко поднялась на ноги. – Я говорю правду. Что за сумасшедший дом? Почему этот город удерживает меня силой?! И все пытаются убить! Наверняка мои родители уже ищут меня, они найдут и каждый получит по заслугам! – но старик продолжал хохотать, отчего Ника церемонно топнула ногой и скрылась в доме, при этом сильно хлопнув дверью. Она забежала в комнату и начала расхаживать по ней, пытаясь хоть немного успокоиться. Но чем больше она погружалась в свои мысли, тем больше заводилась. Открыв шкаф, она замерла, поскольку увидела одну и ту же одежду, тот самый костюм, что был на ней в тот роковой вечер. Она осмотрела себя, и она была так же одета. На кофте вырисовывались кровавые пятна. Чувствуя приступ тошноты, она резко хлопнула дверь и бросилась на кровать, пряча свое лицо в подушках. И лишь сейчас она вспомнила свой сон.
А что если тогда она разбилась? Вдруг, это всё ненастоящее? Она умерла и теперь её мозг воспроизводит эту реальность? Или ещё хуже и она в мире мёртвых….