Соблюдая последовательность, он в точности повторил действия наемника по запуску двигателя. Машина взревела. Сталкер выжал сцепление, с некоторым усилием воткнул передачу. Руль оказался тугим. Напрягая мышцы, Гриф повернул его влево. С легким рывком машина тронулась, медленно покатила вдоль опушки. Сквозь блестящие водяные нитки свет фар устремился в темноту. Алексей подошел, ухватился за скобу, встал рядом. Он с напряжением вглядывался в ночь сквозь узкий смотровой люк. Дворник угловато, как контуженный, смахивал воду, оставляя мокрые полосы на стекле.
Весь короткий путь, что они догоняли Пистона, Гриф молчал и напряженно думал.
Наемник шел заданным курсом, своим деревянным шагом, и ненавидел весь свет. Куртка на плечах намокла и потемнела. Он не обернулся на гул мотора, а зашагал еще быстрее.
Гриф обогнал наемника, заглушил двигатель. Алексей потянулся к верхнему люку. Сталкер остановил его:
– Погодь, я сам с ним потолкую.
Открыл люк, выбрался на броню и стоял, ждал, пока не приблизился наемник.
– Пистон, тормозни. Разговор есть, – громко сказал Гриф.
Тот словно его не слышал, упрямо шагал вперед, сбивая с мокрой травы капли.
– Да стой, тебе говорю! – Гриф достал из кармана гайку и швырнул в сутулую спину. Пистон остановился, секунду медлил, словно что-то решал для себя, затем повернулся:
– Чего надо? Забыл берцы стянуть?
– Да вроде наши еще ничего. Я о другом. Мы здесь подумали, тебе даже с закладкой не дойти. Если рыкстер не сожрет, земляки тебя по-любому перехватят и отдадут майору. А судя по твоим рассказам, он скор на расправу. Смастырят из тебя очередного рыкстера, в лучшем случае сразу грохнут. В общем, мы решили пока вместе держаться. Хавчика настреляем, кое-что здесь не особо заразное водится. Голодными не останемся. А потом, когда отсидимся или объездную дорожку нащупаем, доведем тебя до Депо, все равно нам туда надо.
Пистон смотрел на Грифа, молчал и обдумывал предложение. Потом сказал:
– Че-то темнишь, Гриф. Ты не из добреньких. Какую-то для меня работенку припас. Какую-то грязненькую. Отмычкой хочешь взять?
– Накой нам отмычка, когда есть бэтар?
– Потом, когда бензин кончится или застрянет. Ты меня на такой случай хочешь придержать. Так ведь?
Гриф с минуту смотрел на наемника, покачиваясь с пятки на носок, а потом сказал: – Думай как хочешь. Но нам отмычка не нужна, у нас «медведь» есть, да и я за шесть лет поднаторел. А даже если и отмычкой, все же лучше, чем к Седыху возвращаться.
– Так-то да, – Пистон, в мучительном метании, провел рукой по мокрым волосам. – Ладно, – махнул рукой, стряхивая с нее воду, – поеду с вами. Только винтовочку верни.
– А вот это херушки. Извиняй, Пистон, тебе незачем. Мы, если че, защитить сможем тебя. Сам понимаешь, ты человек новый, доверия никакого. Так что просто будь гостем.
– Ладно, – Пистон шагнул к БТРу, поставил ногу на подножку, ухватился за поручень. Сталкер протянул ему руку. Наемник поднял глаза. Гриф добродушно улыбался. Наемник схватился за нее, Гриф рывком втащил его на броню.
Гриф посадил Пистона снова за руль, сам сел, как и раньше, на командирское сиденье. Алексей устроился за ним на месте стрелка. Все было, как и раньше, с той лишь разницей, что теперь штурмовая винтовка стояла возле командирского сиденья, а рюкзак – у ног Алексея.
– Это че за хрень? – нарушил затянувшееся молчание Гриф. Пистон обернулся. Быстро взглянул на прибор, которым заинтересовался сталкер, пробубнил:
– Прибор ночного видения и вроде как бинокль.
– Как включить?
– Не работает он, – наемник вновь устремил взгляд на растянутое желтое пятно перед бэтээром.
Гриф взялся за рукоятки, покрутил, щелкнул тумблером, приблизил глаза к резиновым уплотнителям. Темнота. Откинулся на спинку, прошелся взглядом по приборам, остановился на радиостанции:
– А она работает?
Наемник снова повернулся, понял, о чем речь, пробурчал:
– Точно не знаю, но вряд ли, – помолчал и, уже глядя в окно, добавил: – Дрындыр говорил, что она маломощная, старого образца, ближе к границе, вроде, тянет, а так шумы да помехи.
– Понял. А это дозиметр? – Гриф пальцем указал на аппарат, установленный в крепежах между командиром и водителем.
– Рентгенметр, – уточнил Пистон, протянул руку и щелкнул тумблером. Вспыхнуло электронное табло, на нем зашустрили цифры. Наемник задержался взглядом, – фон в норме.
– Он еще и плавать может, так?
– Может, – без охоты проговорил Пистон. Ему и самому-то немногое было известно. Черпал информацию из редких поездок к танку. Его, как местного, брали проводником.
Хотя у Пистона после инцидента не было желания чем-либо делиться со сталкерами, он понимал, его знания могут оказаться полезными для выживания всех, его в том числе. – Тут, короче, есть устройство такое, – наемник замялся, не находясь с формулировками, – в общем, при ядерном взрыве, чтобы в бэтар не попадали отравляющие вещества и радиоактивная пыль, фильтрующая установка включается. Внутри салона создается повышенное давление, и если где есть щели, воздух прет отсюда, а не наоборот. Как-то так Дрындыр рассказывал.
