– Хорошо. Только поторопись, потому что… я, конечно, очень надеюсь, что Лева придет в себя, но все же… Прогнозы, как я уже сказала, не очень. Все может измениться в любой момент. Как в одну, так и в другую сторону. Постарайся взять билеты на ближайшие дни. Возможно, получится на мой рейс. Полетим вместе. Я уезжаю завтра вечером. В восемнадцать тридцать у меня поезд, а в двадцать три, кажется, десять – самолет. Я вообще изначально думала брать обратный билет на сегодня, но потом решила, что найти тебя за один день вряд ли получится.
Услышав последнюю фразу, Саша слегка нахмурилась. Вновь обернулась и в напряженном раздумье посмотрела на здание вокзала.
– А если бы я сюда не пришла? Где бы ты стала меня искать?
– Нигде бы не стала. Уехала бы обратно ни с чем. Просто сказала бы себе: я хотя бы попыталась. Ну а где еще я могла тебя искать? И, главное, как? До приезда сюда я написала в несколько здешних турфирм, спросила, не работает ли у вас такая-то. Но мне никто не ответил. Может, не врубились в мой косенький английский, не знаю. А что еще я могу? Детективов нанять? У меня на это нет денег. Я и так на билеты сюда потратилась. И на гостиницу. Да и времени у меня нет. Я тут дольше торчать не могу, мне на работу надо.
– На работу? – удивилась Саша. – Ты работаешь?
– С конца мая. Я вроде тебе говорила… Хотя точно не помню. Мы ведь перед твоим… хм, отъездом как-то почти не виделись, не разговаривали.
– А почему ты вдруг решила?..
– Да у меня выбора особого не было. Руслан после второго инсульта стал сильно уставать и перешел на полставки.
– Второго инсульта? – Саша вздрогнула.
– Ну да, первый был в декабре, второй в марте. Вот про это я тебе точно говорила. Но ты, видимо, меня не слушала, была в каких-то своих мыслях… Ну да ладно. В общем, вот. К счастью, серьезных последствий нет, это были как бы микроинсульты. Но, как я уже сказала, полный рабочий день ему теперь тяжело дается. Энергия, говорит, как через решето утекает… Теперь работает по полдня. С деньгами стало совсем туго, а у нас вообще-то трое детей. Викуся, конечно, сама уже подрабатывать начала, промоутером, но ей там какие-то совсем копейки платят. Ну вот я и устроилась.
Соня говорила это словно через силу. Будто с трудом вытаскивала из себя тяжелые щербатые камни-слова.
– И куда устроилась?
– На киностудию, уборщицей.
Увидев на Сашином лице недоуменное немое удивление, Соня вдруг улыбнулась и простодушно рассмеялась – спелым, уютным, каким-то янтарно-желтым смехом. Как когда-то. В прежней жизни.
– Ага, представляешь, на «Сорок пятую параллель». Иногда подглядываю, как проходят кастинги. Могу сказать, что талантливых крайне мало, но они есть.
Сумерки начали постепенно сгущаться. Зажглись первые фонари, неспешно потекли бледно-оранжевым светом – ленивым, сонным и пока что довольно бессильным, почти полностью исчезающим в остатках дня. Зеленые ветви платанов бесшумно и мягко перемешивали теплый ветер. Вокруг скамейки валялись фантики от молочно-шоколадных батончиков – точно таких же, как когда-то продавал в вокзальном киоске Сашин папа. Ветер аккуратно приподнимал их с асфальта, словно снимая обертку с чего-то очень ценного.
Сашины запоздалые
– Слушай, пойдем куда-нибудь перекусить, – предложила Соня. – Где здесь недорого? Я адски проголодалась, если честно. За весь день съела только холодный гостиничный омлет. В общем, пошли. Ты мне заодно расскажешь, как ты тут устроилась. Как твоя любимая работа…
– Пошли, да, сейчас. Только подожди пару секунд.
Саша выпрямилась, расправила плечи, словно резко вынырнув из оцепенения. Открыла на телефоне почту и быстро написала ответ Frux-Travel. Поблагодарила за предложение и сообщила, что не придет в их офис ни в ближайший четверг, ни во все последующие четверги.
Свободных мест на Сонин рейс не оказалось. Саша уехала из Анимии на день позже. Потратила на билет почти треть оставшихся на карточке денег (к счастью, очень вовремя пришла плата за квартиру от тушинских жильцов). Еще одну треть перевела Соне – невзирая на сопротивление и долгие отнекивания, – чтобы хоть частично возместить ее расходы на непредвиденную «розыскную» поездку.
