Ожидание полностью

Рутинная обыденность рухнула в середине сентября, когда Сашу уволили с работы. Бочкообразный владелец бара развел руками и как-бы-сочувственно сморщил усатое лоснящееся лицо. Пляжный сезон плавно подходил к концу; туристов, желающих выпить у моря пинту пива или освежающе-мятный коктейль, становилось все меньше, и потребность в Саше отпала. Это логичное и безжалостно-простое объяснение окатило студеной оторопью. В животе холодным и скользким угрем зашевелилось отчаяние. Конечно, Саша предполагала подобный исход, однако почему-то была уверена, что владелец предложит ей и дальше разносить напитки – в его основном, постоянном баре на прилегающей к пляжу улице. Ведь Саша прекрасно отработала эти два с половиной месяца, ни разу не опоздала, всегда была внимательной, сдержанно-приветливой – даже с бесцеремонными и хамоватыми клиентами. Но нет, предложения о словесном продлении черного контракта не последовало.

– Удачи вам с поиском работы. А лучше – с поиском жениха, – сказал хозяин бара, вытирая о скомканный фартук мясистые красноватые руки. – Мой вам искренний совет: найдите себе состоятельного мужа из местных. Вы девушка привлекательная, труда вам это не составит. И ребенка ему сразу родите, чтобы уж наверняка тут закрепиться.

Первые несколько дней после увольнения Саша проходила словно в болотистом ступоре. Оттого, что ее так просто вышвырнули за дверь. Оттого, что она так просто с этим смирилась. Даже не попробовала протестовать. Кивнула с задумчивой медлительностью и ушла, удрученно и как будто беспомощно обхватив себя за плечи. Даже, кажется, перед уходом за что-то поблагодарила из глубины своего внутреннего стылого тумана. И теперь удрученной беспомощной Саше вновь предстоял поиск работы – тернистый и унизительно-бесправный.

Денег оставалось всего на полтора месяца квартирной аренды. В холодильнике лежали только слипшиеся макароны и открытые рыбные консервы из минимаркета EconomDaily. Казалось, еще чуть-чуть, и мутное анимийское будущее сгустится до такой непереносимой степени вязкости, что мечтать и дышать сквозь него станет совсем невозможно.

От безысходности Саша начала просматривать практически все подряд объявления о поиске официантов, продавцов-кассиров, уборщиков. Даже те, что не томились в тепле проверенных сайтов, а дрожали на ветру расклеенными по городу желто-розовыми бумажками – на водосточных трубах и фонарных столбах. Откликнувшись на одну из таких вакансий, Саша пришла в круглосуточный бар. Однако из сбивчивых и весьма размытых объяснений хозяйки довольно быстро поняла, что обслуживание клиентов в этом заведении предполагало не только разнос напитков.

– Думаю, вы нам подойдете, – задумчиво произнесла хозяйка, в очередной раз оглядывая Сашу с головы до ног. – Только улыбайтесь чаще и будьте чуточку раскрепощеннее. – И тут же, увидев, что Саша накинула на плечо ремень сумки и начала пятиться к выходу, она удивленно взмахнула синими накладными ресницами. – Куда вы засобирались? Что не так? Вы ведь деньги можете заработать. Неплохие деньги.

Это собеседование немного отрезвило Сашу, и она стала отбирать объявления более тщательно. Прекратила реагировать на желто-розовые дрожащие приманки. Ограничила поиск надежными сайтами.

С одной из найденных в интернете вакансий ей могло бы повезти: магазин косметики и парфюмерии искал продавщицу «с опытом и приятной внешностью». Опыт у Саши был, приятная внешность тоже. На фотографиях магазин казался вполне приличным: светлым, уютным, глянцево-сиреневым. К тому же он находился на самой окраине Анимии – всего лишь в пятнадцати минутах езды от Сашиной съемной квартиры. И, судя по карте, практически возле автобусной остановки – нужно было только перейти улицу. Однако, явившись по указанному в объявлении адресу, Саша обнаружила наглухо закрытую дверь. Неприветливое и непреклонное молчание. Окна магазина оказались затянуты тяжелым полиэтиленом, сквозь который виднелись валявшийся на полу строительный мусор и опрокинутый стул.

Расстроившись очередной неудаче до жгучего кома в горле, Саша отправилась бродить по городу. Целый день ее бесцельно носило по улицам – будто сорванное ветром объявление о поиске продавщицы-консультантки. Лишь ближе к вечеру Саша замедлила бессмысленный механический шаг, остановилась на какой-то площади. В угрюмой задумчивости опустилась на металлическую влажную скамейку, забрызганную колой. Несколько минут неподвижно сидела, разглядывая лодыжку своей левой ноги, лежащую на колене правой; маленькую царапину между плетеными ремешками босоножки. Саша вдруг поняла, что очень устала. Бессильные, истощенные мысли распадались в голове, словно не состыкованные фрагменты мозаики. Словно не состыкованные части Анимии.

И тут в кармане коротко провибрировал телефон.