— Ты уже в десятый раз напоминаешь мне, как она прелестна, но каждый раз это звучит в твоих устах как ругательство.
Девушка сделала вид, что не обратила внимания на иронию Лео. Она лишь чувствовала, что опрометчиво выпитое бренди начинает оказывать свое действие. А ей так хотелось сохранить голову ясной.
— Я серьезно. Дорис будет тебе прекрасной женой. Она уроженка этих мест и станет тебе незаменимой помощницей. Чего еще желать? — Голос ее звучал громко и воинственно. — Женившись на ней, ты создашь настоящую добропорядочную семью. Необходимая материальная база для этого есть у вас обоих. Не хватает только пятерых ребятишек. Но об этом можешь не беспокоиться, — поспешила уверить его Джейн, — Дорис закажет их по лучшему каталогу. Ей не придется волноваться за свою осиную талию.
— Показываешь коготки, кошечка.
Оторвавшись от окна, Джейн холодно посмотрела на улыбающегося Лео.
— Если твоя Дорис раздражает меня, это совсем не значит, что она не…
— …Прелестна, — сухо закончил он фразу. — Бренди развязало тебе язычок.
Девушка замолчала и обиженно уставилась в окно. В ее болтливости не было повинно бренди. Все, что она сказала о Дорис, — истинная правда, и глупо утверждать обратное.
Лео остановил машину возле коттеджа и открыл перед Джейн дверцу.
— Может, позволишь мне все-таки выпить бренди? — спросил он, входя в гостиную и глядя на бар.
— Мой дом — твой дом, — пошутила Джейн. Она погасила верхний свет, включила настенную лампу и устроилась на софе.
— Господи! Как здесь душно, — вздохнул Лео, снимая смокинг и бабочку. — Может, включить кондиционер?
— Мне не жарко, — возразила Джейн, с тревогой замечая, что он расстегивает рубашку до самого пояса. Показавшаяся темная поросль на бронзовой атлетической груди Лео как-то особенно волновала Джейн. Она поскорее опустила глаза и принялась расстегивать пряжки туфель. — Мне кажется, у тебя все складывается как нельзя лучше…
— Что? — Лео казался удивленным.
— Дорис страшно переживает. Она готова принять любые твои условия.
— Тебе когда-нибудь приходило в голову, что меня вполне устраивает существующее положение дел? — поинтересовался он.
Джейн вскинула на него удивленные глаза.
— Я тебя не понимаю. Случилось именно то, чего ты добивался. Неужели у тебя нет ни капли жалости к бедной девушке? Хочешь заставить ее ползать у тебя в ногах?
— Ты всерьез волнуешься за нее?
— Я волнуюсь за всех нас. — Она наткнулась на его встревоженное лицо и поскорее отвела взгляд. — Похоже, тебе доставляет удовольствие играть с живыми людьми. Каких еще доказательств любви ты от нее требуешь? Я считала, что ты добрый, деликатный человек. Я ошиблась! Ты такой же жестокий и беспощадный, как и все остальные.
— В таком случае, — взревел он, отодвинув стакан на край стола, — придется оправдать твои ожидания.
Лео с неистовой силой схватил ее за плечи и притянул к себе. Не обращая внимания на сопротивление, он грубо раздвинул языком ее губы.
Джейн бешено колотила его по спине, стараясь высвободиться. Но Лео сжал ее запястья своими сильными руками и опрокинул на софу, прижав к подушкам всей тяжестью своего могучего тела.
Его властный рот при этом не отрывался от трепетных губ девушки. У Джейн все плыло перед глазами, однако ее тело предательски отвечало на его грубые ласки.
— Не сопротивляйся, Джейн, — хрипло прошептал Лео, осыпая поцелуями ее шею.
— Пожалуйста, прекрати, — простонала она. — Что ты со мной делаешь!
— Положись на меня, — простонал Лео и запустил пальцы в волосы девушки, освободив их из плена заколок и шпилек. Он ловко справился с застежкой, которая удерживала платье на ее плече, и прижался к ее обнаженной груди. В его бархатистых темных глазах читалось неистовое желание. — Я хочу тебя, любимая! Я сделаю так, что ты тоже захочешь меня…
Его поцелуи и ласки пьянили сильнее бренди, лишая Джейн сил сопротивляться. Она застонала, переполненная желанием принадлежать именно этому мужчине. Она много лет мечтала о любви, страдала без нее и ждала именно его, единственного.
Запустив пальцы в его темные жесткие волосы, она еще сильнее прижала его голову к своей груди и вздрогнула от наслаждения, когда его горячий влажный язык коснулся ее затвердевшего соска.
Лео прерывисто дышал. Он слегка изменил положение своего тела, и вот его руки уже ласкали атласную кожу ее бедер. Потом он вновь стал ласкать языком ее соски, осыпал градом поцелуев лицо.
— Обещаю заботиться о тебе, — дрожа от возбуждения, шептал он. — Я дам тебе все, что ты пожелаешь. — Его рука потянулась к ее шелковым трусикам. Еще мгновение — и Джейн с восторгом распрощалась бы со своей девственностью. Но слабому голосу разума все же удалось пробиться сквозь всепоглощающую страсть. Она ошибочно приняла секс за любовь. Лео, кажется, пообещал ей какие— то блага в обмен на похотливые утехи? Сколько раз Джейн упрекала мать за то, что та брала с мужчин деньги и подарки. Неужели и она теперь поступит так же?
В одну секунду к ней пришло отрезвление, ее тело перестало быть податливым и послушным под его руками.
