Когда Венера впервые официально представилась Кунсайту, она с чего-то взяла, что, когда прозвучит ее имя, арабский красавец напротив нее произнесет те невероятно романтичные слова, начертанные на ее руке. Ага, как же. Вместо этого он решил подразнить ее!
— Полагаю, нелегко приходится, когда принцесса представляет собой сплошной клубок из любопытства.
Именно с такими словами Кунсайт впервые обратился к ней. Этот мужлан, который умудрялся игнорировать ее на протяжении нескольких месяцев, даже и ухом не повел, когда она официально представилась ему. Она-то надеялась, что, когда прозвучит ее имя, восточный красавец напротив нее произнесет те невероятно романтичные слова, начертанные на ее руке. Ага, как же. Вместо этого он решил подразнить ее!
Как же она его ненавидела.
Он ведь само совершенство: статный, красивый, сильный и, самое главное, запретный.
Она ненавидела его за то, что он не принадлежал ей. Даже после его предательства, после того, как он убил ее, она все равно ненавидела его именно за то, что он не произнес тех слов с ее запястья.
После перерождения, когда память о Лунном королевстве восстановилась, Минако вновь обрела надежду найти свою родственную душу: слова на руке все еще никуда не делись. И тут в ее жизни снова появляется он. Она должна была только порадоваться, что он не ее вторая половина, но она все равно не прекращала расстраиваться из-за него.
Минако с головой бросалась в отношения снова и снова, тайно надеясь, что хотя бы один из ее поклонников произнесет те заветные слова, которые она стремилась услышать на протяжении вот уже нескольких тысяч лет. После, какого там, третьего, — или четвертого? — воскрешения она пришла к выводу, что ее вторая половина погибла во времена Войны за Серебряное тысячелетие, и теперь ей не суждено его встретить. Она оплакала своего неизвестного возлюбленного и перестала ждать.
Когда Нео-Королева Серинити объявила о возвращении Шитенно, Венера и Юпитер предпочли напиться в стельку. Давным-давно в Серебряном тысячелетии Юпитер и Нефрит произнесли при первой встрече предначертанные слова, но после того, как Юпитер потеряла Нефрита дважды, она не знала, что и думать. Марс и Меркури никогда не появлялись на Земле, поэтому с генералами они встретились только когда те стали злобными прихвостнями Берилл. Тем не менее, они сочувствовали Юпитер, пусть и не зная наверняка, что значит встретить родственную душу.
Нео-Королева Серенити отдала приказ, чтобы все девушки присутствовали на церемонии приношения клятв, к которой Юпитер, каким-то непостижимым образом, смогла протрезветь, чего не скажешь о Минако, которая могла лишь делать вид, что стекла как трезвышко, отчаянно борясь с приступами икоты.
Шитенно, во главе с Кунсайтом, чинно шествовали по направлению к трону, и от одного только вида их предводителя у Минако разболелась голова, и она пожалела, что не заныкала в платье фляжку. Почему же он выглядел еще красивей, чем в прошлые две жизни? Несправедливо! Минако вот ни капли поменялась (она, конечно, воплощение совершенной красоты, но это не важно!). Он еще не дошел и до середины зала, а уже раздражал ее до чертиков.
Вот поэтому они не родственные души — она и забыла, как его безмозглая рожа выводила ее из себя, стоило только Венере его увидеть. Взгляните-ка на него, весь такой серьезный. Глупо было полагать, что он научится улыбаться за три тысячи лет.
Шитенно подошли вплотную к трону и все, как один, упали на одно колено. Венера случайно икнула, за что получила пинок от Марс. Эндимион начал произносить речь, на которую Минако закатила глаза, зная, что это надолго: Мамору, все-таки, редкостный зануда.
Тем временем Венера изо всех сил старалась смотреть куда угодно, только не на Кунсайта, и в какой-то момент даже предприняла отчаянную попытку закрыть глаза, но чуть не потеряла равновесие. М-да, распластаться на полу не самая хорошая идея, если ты, конечно, не жаждешь получить выговор от королевской четы.
В конечном итоге она не выдержала и все-таки бросила взгляд на Кунсайта, и что же? Этот баран пялился на Эндимиона. Да как он смеет?! Он же должен пожирать ее взглядом! Как ей, извольте спросить, его игнорировать, если он на нее даже не смотрит?! Она словно вновь оказалась в Серебряном тысячелетии на планете Земля, в поисках сбежавшей принцессы, а этот белобрысый индюк не обращает на нее никакого внимания. Она знала, что находилась тогда на планете незаконно, но какая разница?
За три тысячи лет совершенно ничего не изменилось. Да, он больше не злобная зомби-марионетка, но, к вашему сведению, злобная зомби-марионетка признавала, что Минако существует.
Официальная церемония подошла к концу, уступив место празднованию. Марс решила отгородиться ото всех, без тени смущения выказывая откровенное недовольство касательно возвращения Четырех Королей. Юпитер, не теряя времени даром, сразу подошла к Нефриту, чтобы разделить с ним первый танец, Ами шепталась о чем-то с Джедайтом, пока король и королева знакомили Зойсайта с местными чиновниками. Кунсайт же стоял в стороне, даже не пытаясь смотреть в ее сторону.
Все, с нее хватит! Минако развернулась на каблуках и вышла из зала. Конечно, ей не следовало уходить, ведь Усаги будет недовольна, но она просто не могла больше находиться с ним в одной комнате.
