Конечно, мы будем жить. Но совсем не так как хотели. Да и жизнь ли это будет. В инвалидной коляске, немой, опять такой же никчемный и ненужный, каким был в тот молодой период, когда обвалилась страна. И опять стыдясь перед тобой. Если, конечно, еще буду жить. Для этого нас и держат здесь в больнице – выживет, не выживет!
Лучше бы не выжил! И мне спокойней, и ты свободней.
… Письмо это, Маша, ты прочитай, только в том случае, если не выживу.
Тогда знай, я об этом не жалею. И люблю тебя».
