– Кто? – спросил мужской голос.
– Евгения Осипова, – ответили ему. – Мне нужен Леонид Францевич.
Звякнул крючок, и дверь распахнулась. Янович, увидев группу милиционеров, мгновенно побледнел.
– Чем я могу быть полезен? – как можно спокойней спросил он.
– У нас к вам долгое дело. Мы пройдём? – спросила Женя.
– Да, конечно, – посторонился Янович.
Навстречу им вышла пожилая грузная женщина. Её глаза беспокойно скользнули по лицам вошедших, заглянули в глаза сына, вопросительно замерли на лице Набатова.
– Что случилось, уважаемый? – спросила она.
– Вы гражданину Яновичу кем доводитесь?
– Я, Наталья Мелентьевна, его мать.
– А я – начальник районного отделения милиции Набатов, – представился майор. – Ваш сын подозревается в крупных спекулятивных сделках, а именно: в сбыте сала в обмен на драгоценности.
– Сала? Да Господь с вами! – воскликнула поражённая этим сообщением женщина. – Откуда у него сало?
Она попятилась к столу, нащупала за своею спиной стул и медленно села. Пристально посмотрела на сына, спросила:
– Лёня, это правда?
– Это ошибка, мама, – казённым голосом ответил Янович.
– Вот ордер на обыск вашей квартиры и мастерской, ознакомьтесь.
Набатов протянул ему листок. Янович мельком взглянул на ордер и вернул его майору.
– Обыскивайте. Пожалуйста.
– Сегодня вечером вам принесли фарфоровые часы с ангелочками, не так ли?
– Да. Я купил их у одного гражданина… для мамы.
– Понятно, – сказал Набатов. – Так вот, именно этот гражданин со своими подручными и занимается обменом сала на драгоценности. А купленные вами часы – зарегистрированы в нашем журнале как предмет контрольной сделки, которая состоялась всего лишь несколько часов назад. И что любопытно, данные часы в этот же день оказались у вас.
– Это нелепая случайность! – воскликнул Янович. – Я ничего никому не заказывал!
– Верю, – сказал Набатов. – Но этот жулик принёс часы именно вам.
– Он их мог принести кому угодно, – с жаром запротестовал хозяин.
– А вот это вряд ли. Мы предполагаем, что вы не просто покупатель, а деятельный член шайки. И, думаю, доказательства этому мы сейчас найдём.
– Это ошибка. Меня знают как честного человека. Этим обыском вы можете запятнать мою репутацию.
– Знаете, гражданин Янович, я давно понял, что человек – существо не однозначное. В нём всего достаточно: и доброго, и дурного. И только совесть способна уберечь его от правонарушения. Если вы не виновны, то опасаться за свою репутацию вам нечего. Обыск будет проводиться в присутствии понятых. В мастерской ещё работают?
– Да, до десяти вечера.
– Кто там сейчас за старшего?
– Серова Зинаида Петровна, мастер. Она у нас и закройщица и приёмщица.
– Отлично, – сказал Набатов. – Лейтенант Заплатин, берите себе в помощь сержанта Осипову и двух бойцов из оцепления и приступайте к обыску в мастерской. Вопросы?
– Всё ясно. Разрешите приступать?
– Да. Только возьмите себе понятых и нам пришлите. Действуйте.
– Есть, – козырнул лейтенант. И вместе с Женей вышел из квартиры.
Вход в швейную мастерскую располагался со стороны дома, слева. Её дверь оказалась незапертой. Они прошли по короткому коридорчику, упёрлись в запертую дверь, повернули направо. Всё левое крыло здания было занято кладовыми и подсобными помещениями, а в правом располагался цех. Шагов через десять они и вошли в него. За швейными машинами сидели женщины и девочки. Все худые, с серыми лицами. Над столами на длинных крюках висели керосиновые лампы. В начале и в конце помещения стояли две буржуйки.
Зинаида Петровна оказалась молодой приятной женщиной с большими чёрными глазами. Узнав в чём дело, она спросила Заплатина:
– Товарищ офицер, так Леонида Францевича забрали в милицию?
– Пока нет. Он дома. Там тоже сейчас начнётся обыск. Пожалуйста, отправьте туда двух своих работниц в качестве понятых, и ещё двух назначьте нам.
– Хорошо.
Через минуту она отослала двух женщин на квартиру Яновичей. А ещё одну подвела к Заплатину. Пояснила:
– Я тоже буду понятой. У нас очень срочный заказ, иначе не успеем.
– Я не возражаю, – ответил лейтенант.
– Извиняюсь, – сказала Серова, – а кто ж всё-таки наклепал на него? Вы бы только знали, как он много работает. Обеспечивает цех и водой, и дровами, умудряется даже керосин доставать. Опять же, подойди к нему с любым вопросом – всегда поможет.
– Верю. Верю, Зинаида Петровна. Но вопрос вовсе не в том насколько он добросовестно работает, а в его вероятных связях с мошенниками.
– Да клевета это, наговор, – категорично заявила она.
– Возможно. Но чтобы понять: прав он или виноват, надо разобраться. И вы должны помочь нам в этом. Согласны?
– Согласна, – сказала приёмщица.
– Ну, тогда покажите нам все кабинеты, подсобки, кладовые и подвалы.
– Пожалуйста. С чего хотите начать?
– С кабинета заведующего.
– Пойдёмте. Он там у входа.
