— Ах, вот как? — девчонка вернула ему бутылку. — Значит, я для тебя уже стала обезьяной?
— Это твои слова, — Лорман усмехнулся.
— Я только тебя имела ввиду.
— А я тебя.
— Я больше с тобой не разговариваю, — Лика деланно надула губки. — Пока ты не попросишь у меня прощения, конечно.
— Прости.
— Прощаю!
Ребята вышли из вагона и направились к концу станции. Проспав, вместо планируемого часа, около семи, они снова возвращались к тому, с чего и начали. Им надо было вернуться на кольцевую линию и попробовать пройти дальше по тоннелю в сторону станции «Курской». Может быть, там их, в конце концов, и ждала удача, в чем, если честно, эти двое давно уже сомневались, хотя виду еще и не показывали. Особенно трудно было держаться Лике. Все-таки её темперамент требовал выхода наружу и ничего с этим она поделать, к сожалению, для Лормана, не могла.
Они снова миновали переход и оказались на станции с ушастым танкистом. Стараясь не смотреть по сторонам, что бы ни расстраиваться, они, благополучно минуя различные завалы, добрались, наконец, до начала тоннеля. Лорман спрыгнул вниз и помог это сделать девчонке. Удачно приземлившись, та поправила на коленках джинсы, затем прическу и устремилась следом за удаляющимся Лорманом. Оставаться одной на этой заброшенной станции ей как-то не хотелось…
— Здесь, примерно, около двух километров, — сказал Лорман, когда они уже прилично углубились в тоннель. — Пол часа или минут сорок, самое большее, и мы будем на месте.
— Я это уже сто раз слышала. Дойдем, а там то же самое, что и здесь: полный певец…
— Тогда пойдем дальше…
— На долго меня не хватит.
— Куда ты денешься, — усмехнулся Лорман.
— Сяду, и буду сидеть, вот куда! — воскликнула Лика. — А ты будешь искать выход. А когда найдешь, тогда и поговорим…
— Хорошо… А если я заблужусь и не смогу найти дорогу обратно, что тогда? —Лорман остановился, подождал, пока она его догонит.
Ё — Тогда… — девчонка на минуту задумалась. — Тогда я умру…
— Умное решение…
— А мы все равно скоро здесь сдохнем! — Лика смахнула со лба челку. — Жратвы уже нет, скоро и питья не будет… Тьфу, блин, шпалы хреновы! — она споткнулась и чуть не упала, успев вовремя схватиться за руку Лормана. — Понастроили тут… Начнем друг дружку потихоньку кушать. Сначала я у тебя ушко, потом ты у меня пальчик, я у тебя второе ушко, ты у меня…
— Хитрая…
— Пожалуйста, — Лика не стала спорить. — Можешь свои уши есть сам… А женщина пусть умирает с голоду в это время, пока её ухажер будет у неё же на глазах давиться деликатесами, так что ли?
— Я себя есть не буду, — Лорман сплюнул себе под ноги.
— Все мне отдашь?
— Что ты заладила, не наелась, что ли? — Лорман понял, что в очередной раз потерпел фиаско и решил сменить тему.
— Ага, — Лика чуть не подавилась от его наглости, — наелась. Дал понюхать кусочек хлебца и потом: «Ты что не наелась, дорогая?» Да, я не наелась, дорогой! И твои целые уши, явное тому подтверждение! Джентльмен называется… Дама умирает с голоду, а ему трава не расти.
Ответить Лорман не успел, вернее, послать её куда подальше… Тряхнуло так, что оба оказались на земле, вернее, на шпалах. И предвидеть подобного развития событий, из этих двоих, не мог уже ни кто. Они шли и трепались, что бы хоть как то оживить обстановку и скоротать время, и вдруг…почва завибрировала и поплыла из-под их ног. Ощущение было такое, как если бы вы с берега прыгнули двумя ногами на широкую, плавающую посередине огромной лужи доску и попытались на ней удержаться… Ноги вверху, голова внизу, вода, в данном случае песок, за шиворотом. Ладони содраны, коленки ноют и…тошнота, подступившая к горлу от боли и…вообще, от всего этого…
Впереди, что-то загремело, а сверху, сквозь швы между полукруглыми перекрытиями свода посыпалась земля, забивая глаза и глотку. И уже через минуту от поднявшейся пыли дышать стало почти невозможно. Лорман пришел в себя от потрясения первым и, встав на четвереньки, попытался фонариком пробиться сквозь эту пыль и муть, окружившими его со всех сторон.
— Лика, — позвал он, — ты где?
Ответа не последовало.
— Эй, — крикнул он громче, — ты где?
И снова нет ответа. Только внизу, под коленками и упершимися в землю ладонями, что-то гудит и вибрирует. И снова толчок…грохот и столбы пыли, подымающиеся кверху от рушившихся, где-то впереди не выдержавших перекрытий… и от его собственного падения тоже.
— Ли-и-ка-а-а!!! — Заорал он, что, было, мочи, стараясь перекричать весь этот гам и шарахаясь из стороны в сторону по тоннелю в её поисках. Девчонка, как сквозь землю провалилась…
