Едва от Лукаса стало больше проблем, нежели пользы, его устранили. Или попросту не захотели платить. Он ведь явно нуждался в деньгах…
Почему же столь простое объяснение не пришло мне в голову раньше? Я закрыла глаза и приставила к вискам пальцы, массируя их. Боль зудела под кожей.
Но кому в действительности служил лакей, вопрос оставался открытым. У многих могло найтись достаточно средств, чтобы оплатить его услуги.
– Князь Ристрих, вы непривычно молчаливы, – достаточно резко вставила Лили. – Вам наскучило местное общество?
Ино растянул губы в улыбке, но его глаза оставались холодными:
– Отнюдь. Но в отличие от вас мне нечему радоваться.
– Простите? – вырвалось у компаньонки. – Вы не желаете объяснить?
Финн незаметно для всех накрыл руку Лили своей. Иногда жесты могут значить куда больше, чем слова.
Ристрих переглянулся с князем Крайнего севера. Нерстед кивнул то ли другу, то ли сам себе и произнес:
– Миледи, я считаю нечестным более задерживать вас здесь. Наверняка родственники и семья крайне обеспокоены вашим долгим отсутствием.
– Об этом не стоит беспокоиться.
– И все же я настаиваю. Сегодня мне пришло письмо от вашего мужа. Он переживает, что вы столь надолго покинули дом.
– От моего… мужа? – смущенно выдохнула Лили и кинула взгляд на Финна.
Я вспомнила, что фиктивный супруг компаньонки не питает к ней особой любви, как и она сама к нему. Интересно, во сколько обошлось это послание князю? Не верится, что он подделал чужую корреспонденцию, это чревато серьезными последствиями.
Не увидев сильного удивления на лице деверя, я поняла, что все-таки он знает – его избранница несвободна. Только, пожалуй, Финна мало волнует этот нюанс. Любопытно, о чем на самом деле это говорит: о том, что влюбленность затмевает разум, заставляя расслабиться, когда это сделать нельзя, или о том, что Лили не так уж ему дорога, как он хочет показать?
Письмо супруга – достаточное основание, чтобы компаньонка покинула замок. Шах и мат, Дамиан Грасаль. Вемур Нерстед только что тебя обыграл. Вот только не заплатит ли он за это слишком большую цену?
Осознав, что ее пребывание на севере подошло к концу, Лили побледнела и посмотрела на меня. Рассчитывала ли она на поддержку? Возможно. Но я ощутила облегчение, когда услышала о ее возможном отъезде.
– Арана, вы ничего не желаете сказать?
– Простите, Лили, – пожала я плечами. – Какими бы теплыми ни были наши отношения, – не удержалась от колкости, – мы обе понимаем, что место женщины рядом с ее мужем.
– И как давно вы это осознали? – прошипела она, бросая салфетку на стол.
– Миледи! – охнула Сиена.
– Лили! – в унисон с ней произнес Финн, пытаясь остудить гнев компаньонки, пока она не сболтнула еще чего-нибудь лишнего.
После ухода Лили и деверя, кинувшегося следом за ней, повисло неловкое молчание, которое спустя некоторое время прервал Ристрих:
– Вемур, будем откровенными, меня настораживает привязанность Финна.
– Думаешь, он действительно влюблен?
– Сомневаюсь… Но мне непонятно, зачем ему тогда понадобилась эта особа. Неужели через нее он пытается добиться благосклонности Грасаля?
– Не думаю, что он настолько глуп. Лили хитрая и изворотливая, но она всего лишь пешка. Ему ничего не стоит связаться лично с князем, а не устраивать весь этот фарс.
– Он выглядит вполне искренним, – растерянно подала голос Сиена. – Почему вы считаете, что за всем должен стоять расчет?
– Миледи, я так не думаю, – мягко улыбнулся ей Нерстед. – Простите за неуместно начатый разговор. Но я знаю Финна еще с тех пор, которые он сам не помнит. Он рационалист, а не романтик, как бы сам ни силился поверить в обратное.
– Люди меняются, – задумчиво сказала я.
– Не все, огненная. Не все.
Больше за ужином этой темы не поднимали. Уже завтра мы уезжали в поместье князя, и все продолжили беседу о грядущей поездке. Завершив трапезу, я вышла из трапезной и увидела Эльмара, сообщившего мне прекрасную новость:
– Книги вернули в ваши покои, миледи.
– Благодарю, – кивнула я.
Расправив складки на юбке, я направилась в южное крыло замка. Стражи тенями следовали позади. Но, не дойдя несколько метров до своих покоев, я замерла и развернулась: что-то неведомое повело меня в парк. Внезапно захотелось прогуляться перед сном и подышать свежим воздухом, разглядывая жемчужное небо, увитое кружевом облаков.
В одной из беседок я застала скучающую сестру.
– Хейн! Почему ты одна?
Она обхватила себя руками. Ее тело била мелкая дрожь.
– Не могу… Не могу пока вернуться в замок. Там Тьма, Ари. Всюду Тьма. Я боюсь, что она снова завладеет мной.
Я села рядом и приобняла ее за плечи.
– Ну что ты, Хейн, все будет хорошо, – сказала я, а у самой мороз пошел по коже после ее слов. Я испугалась, что они окажутся пророческими.
Она ничего не ответила.
– Тебя знобит? – коснулась ее лба. – Пламенный, да ты вся горишь!
Хейн отмахнулась от меня и сказала:
– Меня беспокоит Финн. Сейчас вокруг него слишком много Тьмы, она кружит вокруг него и липнет, как смола.
– Ты думаешь, это он связан с демоном?
Сестра помедлила с ответом, задумчиво глядя перед собой.
