Когда комната опустела и я осталась наедине с собой, то поняла, что начинаю бояться своих мыслей. Пламенный, я не убийца! Когда наставник пытался научить меня ай-ройллю, то бесконечно ругался, теряя терпение: у меня никак не получалось ударить не то что человека, но даже набитую соломой куклу.
Что же делать? Как усидеть на двух табуретах, сохранив Вемуру жизнь и спасши брата и сестру? Нас с Сиеной вряд ли тронут – мы слишком далеко, а вот Ранна и Хейн попросту казнят. Его – за проведение запрещенного ритуала, а ее – за связь с демоном. Я не могу никому проболтаться о том, что случилось, не навредив родным. Пламенный, помоги!..
Ида зашевелилась на углях, отчего пламя в камине стало выше и пуще гореть. Не зная, как поступить, я взяла ее на руки, пытаясь успокоиться. Тщетно. Нервозность не покидала меня. Я пыталась найти выход из этой ситуации, но она казалась патовой.
Мои размышления прервало появление того, кого я меньше всего желала сейчас видеть, – супруга. Вемур появился так внезапно, что я почувствовала себя смущенной и не знала, куда деть руки. Все казалось ненастоящим, гротескным. Вемур выглядел нелепой копией самого себя. Всю свою жизнь я представляла князя как могущественного и уверенного человека – одного из тех, кто скупится на лесть, но зато излучает силу. А получила только жалкого червяка, не знающего, как поступить с женщиной.
– Светлого дня, дорогая. Я зашел узнать, понравился ли вам мой подарок. Оставил его вчера в покоях после того, как вы спешно покинули прием.
«Значит, все-таки Вемур», – с внезапной тоской подумала я, глядя на Иду. Хотя я не имею права разочаровываться. Слишком наивно надеяться на такой щедрый жест со стороны Ристриха. А мужу есть для чего стараться: он решил объявить мне войну и одновременно затащить в постель.
– Подарок совершенно чудесный, спасибо.
Нерстед кинул на меня странный взгляд, дотошно рассматривая лицо. Я не понимала, чего он добивается.
– Не примерите? – спросил он, и я удивленно моргнула. О чем это он?
– Простите?..
– Мне казалось, все женщины спешат нацепить бриллианты, как только их увидят, – улыбнулся он. – Хочу посмотреть, как смотрятся серьги.
В тот же миг мой взор опустился на коробочку, лежащую на столе. Я ощутила себя донельзя глупо. Как я могла не заметить ее?
Получается, саламандру все-таки принес Ино. Это открытие необычайно согрело сердце. Впрочем, такой подарок мог сделать только тот, кто хорошо меня знает, а вот у мужа явно пробел в знаниях. Если бы он хоть немного поинтересовался привычками супруги, то выяснил бы, что я не снимая ношу серьги и кулон, переданные мамой, и ни за что не сменю их на все золото мира.
Я подошла к коробочке и потянула за ленты, развязывая пышный бант. За плечом тут же оказался Вемур.
– Вы даже не открывали! – проницательно заметил он, но я ничего не ответила.
Откинув крышку, я увидела серьги с блестящими камнями. Прозрачные и холодные бриллианты подошли бы Криссе, но не мне. Они диссонировали с моим образом яркой южанки, привыкшей к теплому воздуху и горячей земле, пекущей даже сквозь обувь.
– Простите, князь, но я не могу это принять, – решила я. Пусть новый статус обязывал к переменам, я не могла избавиться от того, что делало меня именно мной, а не кем-то другим. Не хотелось потерять индивидуальность в угоду местным обычаям.
– Вам не нравится? – недоумевал он.
– Серьги чудесные, но, боюсь, не для меня.
Я протянула Вемуру коробочку, и ему ничего не оставалось, как взять ее. Растерянное лицо Нерстеда могло позабавить, если бы не требование его убить.
– Прошу вас, оставьте меня.
Он плотно сжал губы, с пренебрежением оглядев меня напоследок, и удалился. Я выдохнула. После его ухода даже как-то стало легче дышать, будто до этого что-то давило на горло.
Спустя время я решила навестить Ристриха и поблагодарить его за саламандру. Я обнаружила князя в северной части замка, хмуро разглядывающего в окно стражей, тренирующихся во внутреннем дворе. Почувствовав мой взгляд, Ино обернулся.
– Арана?.. Гуляете?
– Да. Пришла сказать вам спасибо за Иду.
– За кого? – удивился он.
– Саламандру.
– Вы назвали ящерицу в честь древней покровительницы виноделия?
– Во-первых, саламандр не относят к рептилиям. Они принадлежат к особому роду магических существ под назва…
– Достаточно, огненная. Тонкости систематики меня мало волнуют.
– А во-вторых, – насупилась я, уже жалея, что раскрыла перед ним душу, – я назвала ее в честь покойной королевы-матери. Хотя любопытно, что вы слышали про богиню. Я думала, такие детали арманьельской культуры мало знакомы жителям царства.
Проигнорировав мое замечание, Ристрих поинтересовался:
– А чем примечательна погибшая императрица?
– Тем, что, если бы не ее происхождение, она бы стала достойной правительницей. Впрочем, тогда власть и так была в ее руках.
