К ее изумлению, Ричард Сент-Джеймс, граф Хартфорд, оказался тем самым ночным посетителем. Когда он только приблизился к ней, она ощутила трепет в груди, хотя обычно мужчинам не удавалось вывести ее из равновесия. А когда он обнял ее за талию, по телу побежали мурашки. Как же она сразу не поняла, в чем дело? И не догадалась до тех пор, пока он не произнес ее имя. В ее ушах еще звучал этот бархатный голос, и ее тело мгновенно отозвалось воспоминанием. Она вновь чувствовала, как твердые мускулы впечатываются в ее нежное тело, как будто созданное для этого человека. Ее воображение было взбудоражено до предела, но разбираться в своих чувствах ей совсем не хотелось. Ее сейчас волновало другое.
Ричард Сент-Джеймс, граф Хартфорд, был очень известной и влиятельной фигурой. И надо же было такому случиться, что именно он оказался человеком, преследовавшим несчастного, недалекого Тедди. Что же ей теперь делать?
Дверь отворилась; Чентел обернулась, ожидая увидеть слугу сквайра. Но на пороге стоял Ричард Сент-Джеймс с двумя хрустальными бокалами пунша в руках; Чентел подавила тяжелый вздох. Ричард подошел к ней, мимоходом взглянув на чучело вепря, стоявшее в углу, рядом с застекленной полкой из красного дерева, которую полностью занимал старинный китайский меч. Чентел никогда не одобряла вкуса сквайра Питерсона, но сейчас меч мог бы ей очень пригодиться, конечно, в том случае, если она сможет проскользнуть мимо кабана и вытащить оружие из витрины.
— Сквайр сказал мне, что вы не очень хорошо себя чувствуете, и он отправит вас домой, как только будет готова карета. Он послал меня с подкреплением — надеюсь, это улучшит ваше настроение, — как-то уж слишком заботливо сказал Сент-Джеймс.
— Спасибо, я не хочу. — Девушка отвернулась от него к камину.
— Я полагаю, этот напиток вам поможет. — Голос Сент-Джеймса раздался прямо у нее над ухом. Она резко обернулась и увидела, что он стоит совсем рядом. — Вы ведь не хотите разочаровывать сквайра, не так ли? — прибегнул он к уже испробованному приему.
Чентел была не так глупа, но фигура Ричарда загораживала ей путь к двери, и, судя по его виду, он был готов настаивать на своем.
— Хорошо.
Сознавая, что в данной ситуации лучше соглашаться, дабы не выдать себя, Чентел заставила себя улыбнуться и взяла из его рук бокал.
— За ваше здоровье, — произнес Ричард, ослепительно улыбаясь.
— И за ваше. — Она выпила пунш и отдала ему пустой бокал.
Выражение его лица изменилось: теперь оно стало серьезным.
— С вашего позволения, милорд, я пойду, — надеясь на удачу, проговорила девушка.
— Подождите! Вы меня избегаете? — Ричард преградил ей путь.
— Я сегодня очень устала, — коротко отрезала она и попыталась проскользнуть мимо.
— Чентел, остановитесь! Куда же вы? Почему вы убегаете?
— Остаться с вами наедине я считаю неприличным.
— И это единственная причина? — Сент-Джеймс не сводил с нее глаз, и Чентел чувствовала себя как цыпленок, над которым кружит ястреб.
— Одной этой причины более чем достаточно. — Чентел сделала выразительный жест рукой.
— Но ведь она не единственная, не так ли? Может быть, вы просто мне не доверяете?
— Доверять вам? — Почему-то у нее начала кружиться голова. — Да, я вам не доверяю.
— Отчего же? — Ричард уже стоял к ней вплотную.
— Вы — мужчина, и этого достаточно, — попыталась отстраниться от него Чентел, но колени у нее подкосились и ноги стали ватными. Она покачнулась и в этом момент поняла, что именно с ней происходит. Она попыталась добраться до двери, но сильные мужские руки подхватили ее. Лицо Чентел обдало жаром чужого дыхания.
— Нет, только не это… — шептала она, увидев, как Ричард достает из кармана платок. Прежде чем девушка успела отвернуться, он прижал платок к ее носу, и она вдохнула какой-то одуряюще-сладкий аромат.
Его губы двигались, но она уже не слышала. Все закружилось, померкло…
И она провалилась во тьму.
Ричард и Эдвард сидели в гостиной, наслаждаясь своей первой утренней чашкой чая. Эдвард угрюмо потянулся к бутылке бренди и налил себе в чай изрядную порцию крепкого напитка. Ричард посмотрел на него, выразительно приподняв брови.
— Слушай, это не так плохо на вкус, — ответил Эдвард на незаданный вопрос. — Кроме того, мне просто необходимо прогнать чем-нибудь мрачные мысли. Черт возьми! Я был уверен, что этой ночью мы поймаем изменника. А вместо того мы обнаружили ящик контрабандного французского коньяка и двадцать рулонов шелка, за что департамент нам скажет большое спасибо.
— Да, награда нам не светит, — задумчиво произнес Ричард.
— Боюсь, что нам не поздоровится, — ухмыльнулся Эдвард.
— Наш приятель допускает слишком много ошибок. По крайней мере, мы можем доложить начальству, что мы напали на его след.
— Ха! Мы идем по следу небезызвестного Тедди Эмберли. Такого глупца надо еще поискать! И уж, во всяком случае, на роль нашего изменника он никак не подходит.
