— О господи.
Мы сидели за ланчем, но почти не ели, слишком возбужденные скандалом.
Эми покрутила в пальцах банку диетического лимонада:
— Поэтому мы и не фотографируемся обнаженными. Никогда не знаешь, где это всплывет.
— Кто-нибудь знает этого Билли? — спросила Дакота.
— Ага, — ответил Брайан. — Несколько парней говорили, что он раньше учился здесь.
— Полный урод.
— Да уж, его рожа дерьмо в унитазе напугает.
— Думаешь, она реально с ним трахалась?
— Эй, ты же видела фотки, — сказала Эми. Она повернулась ко мне: — Ты ей сказала?
— Боже, нет. Как вообще сказать кому-нибудь, что вся школа видела ее голой?
— Не просто голой. Ее явно...
— Знаю, знаю.
Дакота снова на меня уставилась.
— Но она непременно узнает. Многие сохранили фотографии и показывали тем, у кого нет фейсбука.
— Господи!
— Эй, — сказала Эми. — Я говорила тебе: не связывайся с ней. Она больная. Хватит общаться с этой сучкой. Почему ты ее не бросаешь?
Я ей не ответила. Вместо этого посмотрела на Дерека. Он единственный ел. Не хотел разговаривать. Я обрезала фотки как можно лучше, чтобы никто не понял, что это моя спальня для гостей. В кадре оказались только простыни, но один Дерек видел ее такой той ночью. Он был пьян, но мог что-то помнить. Дерек почувствовал мой взгляд и посмотрел на меня, прежде чем вернуться к еде.
— Блин, — сказала Дакота. — Я бы точно не хотела быть сейчас на месте Кейтлин.
— Или вообще когда-нибудь, — заметила Эми.
— Стоит ей показаться в школе, и ее из-за этого затравят.
— Смешают с грязью. Так ей и надо.
Брайан повернулся ко мне:
— Кстати, когда она вернется?
— Завтра, — передала я им слова Кейтлин.
Закончив ланч, мы пробыли во дворе до конца перемены. Раздался звонок, и Дерек поплелся за мной, а остальные разошлись.
Он похлопал меня по плечу, когда мы остались одни:
— Эй.
Я развернулась и посмотрела в его измученное лицо.
— Что?
— Те фотографии... Дерьмо.
— Что с ними?
— Они из...
Я потрясенно открыла рот:
— О боже... это ты их сделал?
— Что? Нет!
Господи, Дерек, они с той ночи, когда ты ее трахнул, да?
— Нет! То есть... я думал...
— О чем думал? Что ты сделал? Разослал их дружкам? Отдал своему корешу Билли, чтобы он их запостил?
— Нет! Я его не знаю! Я даже ни о каких фотографиях не знал.
— Черт, а Билли вообще существует? Или это ты притворяешься кем-то еще?
— Говори потише.
— Да пошел ты! — Я сорвалась с места, и он за мной не последовал. То, что надо, подумала я.
Тем вечером Саммер Скотт, одна из чирлидерш, что были на вечеринке, подошла ко мне перед тренировкой. Нам выдали новые спортивные сумки с эмблемой команды. Когда она нарисовалась, я перекладывала вещи.
— Так что происходит с этой девочкой? — спросила она.
— Понятия не имею.
— У нее вся семья чокнутая или что?
— Мне-то откуда знать? Я просто пыталась помочь ей. Мне было ее жаль. Я и не представляла, что она...
Я дала Саммер закончить фразу:
— Больная?
Я вздохнула и повесила голову.
Саммер положила руку мне на плечо:
— Это не твоя вина, Ким. Никто так не думает. Мы все знаем, что ты хотела как лучше.
После тренировки я вернулась домой и включила компьютер. Залогинилась в фейсбуке под своим именем, а не как Билли. Люди объединились в знак протеста, ведь Билли забанили за правду. Повсюду были хештеги:
#наказатькейтлин
#раскрытьшлюху
#братваважнейчемблядь
#кейтлинсосетуспортсменов
Я вышла со страницы сообщества и проглядела личную страничку Кейтлин. Надеялась, что ее стена не пестрит комментариями людей называвшими ее лживой сукой, шлюхой и словами похуже. Если она еще не видела этого, кто-нибудь из ее друзей (хотя настоящих у нее было мало) мог ей рассказать. Но страница была чистой. Я надеялась, что Кейтлин еще не знает о группе. Не хотела, чтобы завтрашний день был испорчен.
Выключив компьютер, я подошла к столу и снова открыла бежевую папку. Не могла наглядеться на фотографии. Качество печати отцовского принтера было не хуже «Кодака». Прежде эти снимки не казались мне эротическими, но теперь, пробудив худшее в моих знакомых, они обжигали и пьянили. Я создала армию убийц, а эти фотографии станут острыми мечами. Разложив их на столе, я оперлась на него одной рукой, другой лаская себя. Кончив, ушла в ванную приводить себя в порядок. Бросила салфетку в мусорное ведро и нахмурилась, увидев остатки второго положительного теста на беременность. С момента зачатия прошло уже несколько недель. Мне следовало сходить к врачу, но я еще не решила, как поступлю. Слишком увлеклась интригами и разрушением Кейтлин. Нужно было что-то делать. Еще через восемь недель ребенок начнет толкаться.
Боже, подумала я. Почему эта беда случилась со мной?
Я велела Кейтлин отправить мне эсэмэску, как только она придет в школу. Девчушка нуждалась в поддержке и обрадовалась. Я желала быть в первом ряду, когда начнется кошмар. Часть меня хотела ее подвезти, чтобы не упустить первого оскорбления перед школой, но я не могла рисковать собственной популярностью и быть с ней в одной машине. Но если нас увидят в школе, я скажу, что она бегала за мной по пятам и мне было ее жаль.
