Брейсер, обратив одну часть своего тела в жгут, а другую во что-то наподобие горшка, который относительно идеально облепил обрубок моей руки, не даёт мне истечь кровью. Всё вокруг затихает. Я ничего не слышу и с трудом различаю силуэты. Удары сердца замедляются. Некоторое время меня качает из стороны в сторону, но Брейсер, сдавив плечо ещё сильнее, настолько, что кровотечение остановилось, привёл меня в чувство.
«Я постараюсь поддерживать вас в сознании, а, если получится, с помощью абсолюта обожгу болевые окончания, чтобы вы не чувствовали боли.» — Голос Брейсера в моей голове.
Становится немного легче. Сознание проясняется, а зрение приходит в норму. Смертельная шлюха, с трудом управляясь со своей новой ногой, движется ко мне. На заднем плане я вижу, как в лежащего на земле Теодора замахивается Мистер Х куском золота, оторванного от своего трона. Теодор бросает щит на опережение. Два снаряда сталкиваются и меняют своё направление. Мистер Х смеётся, он явно не чувствует в нас никакой угрозы. Его не волнует травма Смертельной шлюхи, тем более не волнует то, что я потерял руку. Он получает чистое удовольствие от битвы. Золотой булыжник, отразившись от щита и изменив траекторию, со свистом врезается в кинжал, выбитый у меня из рук. Кинжал скользит по полу, а затем ударяется об оставшийся протез Смертельной шлюхи и останавливается. Она поднимает и ловко крутит его, перебрасывая из одной руки в другую, а затем замахивается им в мою сторону. Я чувствую, что в кинжале нет ни капли Пумы, а значит она надеется только на физическую силу. В голову приходит план, а я тут же приступаю к его реализации.
Я чувствую, как перемешиваясь со злостью и ненавистью, Пума переполняет меня. Из моего рта вырывается широкий поток огненного пламени, оно необходимо для отвлечения внимания. В ту же секунду я накладываю слабое магнитное поле на самый кончик кинжала в надежде, что она не успеет среагировать и от испуга бросит в меня оружие. Так и происходит, я чувствую, как поле на кинжале начинает двигаться в мою сторону, тогда я напрягаю руку с мыслями о сильном магнитном поле на голове Смертельной Шлюхи. Кинжал уже летит в мою сторону, разрезая, как масло, развеевающееся пламя. Рука напряжена до предела, а мысли лишь об одном: лишь бы силы хватило и кинжал изменил направление. Я закрываю глаза. Маленькое магнитное поле на кинжале начинает тормозить в полуметре от меня, и в нескольких сантиметрах от носа останавливается и разворачивается в противоположную сторону. Я был на волоске от смерти, но пронесло. Это придаёт мне сил и открывает второе дыхание. Я вливаю в магнит на голове девушки ещё больше энергии и через секунду слышу хруст черепа. Затем она замертво падает на пол.
Битва между Теодором и Мистером Х на секунду останавливается. Они оба смотрят на труп девушки, а затем на меня. Вскоре из всех кибернезированных частей тела белоснежной машины для убийств вырываются клубы черного пара, а её пилот начинает рычать, как зверь. Он замирает в ярости. Его голова опускается внутрь костюма. Теодор подбегает ко мне.
— Молодец, теперь вторая стадия, помнишь, как у босса в игре? Он сейчас не так силён, но стал куда проворнее. Как рука?
— Плохо.
Я чувствую, как слабею с каждой секундой. Появляются фантомные боли. Сердце бьётся прерывисто, а конечности не слушаются.
Тело отца Теодора вновь издаёт звук, а затем разваливается на части и из него выходит Мистер Х, он стал ниже на несколько метров. Сейчас он едва ли выше Теодора. Это настоящий киборг, всё в его теле, кроме головы, один сплошной протез, а возможно и под кожей головы механический череп.
— Готовь свою самую мощную атаку и ебашь. Не бойся попасть по мне, — сказал Теодор, а затем посмотрел на меня грустными глазами. — И прости меня. Ты этого не заслужил.
— О чём ты? — спросил я.
И вновь вопрос про это необъяснимое «прости» остался без ответа. Он отвернулся и побежал на своего отца, а затем прыгнул на него с пронзительным криком и повалил его на пол. Теодор нанёс своему отцу серию ударов. Он бил прямо по титаномифриловым пластинам. Костяшки и кожа его пальцев стёрлись, оголяя металл. Его нога и руки заменены протезами. Мистер Х сильным толчком ноги в живот подбросил Теодора на три метра в воздух, а затем моментально вскочил и замахнулся для удара.
— Саймон, я молю тебя! — закричал Теодор.
Теодор начал падать, а когда пролетел половину расстояния — ускорился, получив сокрушительный удар по животу. Он впечатался в пол, а его тело скривилось в агонии.
