нем этаже я взобрался по лесенке попробовать люк чердака. Он
оказался открытым. Мы быстро и бесшумно забрались туда и
притихли среди пыли, паутины и темноты. Снизу раздались чьи-
то неторопливые шаги. Муха на носках вышел на центр люка и
сел на корточки, придавив своим весом, чтобы его нельзя было
открыть снизу. Внизу скрипнула и захлопнулась дверь. Мы за-
курили одну на двоих, изредка перешёптываясь и поплёвывая.
Когда по нашим расчётам уже должен был кончиться винт, мы
спустились вниз и осторожно начали выбираться из этого бес-
понтового района, встречая по пути разрозненные группы на-
ших и весело обсуждая массовое бегство «Коркемовских». Из-
за забора какого-то частного дома вылезал Адик – оказывается,
когда появились менты, он запрыгнул туда одним махом, да
так и просидел там на корточках, тихо как мышка, наедине со
злобно рычащим, свирепым волкодавом. Кто-то из нашей толпы
предположил, что «коркемовские» зассали и поэтому сами по-
звонили в ментуру, чтобы баклан разогнали до того как их всех
поубивают, положат на собственной территории. Надо сказать,
что в те годы о которых говорю я, «Коркем» вовсе не был исклю-
чением – нередко «Каганату» удавалось разогнать чужой район
одним своим появлением, такой ужас вселяло одно его назва-
ние в накосячившие головы.
45
Альберт Спьяццатов
5.
На повестке дня не было ничего особенного – ни драк, ни
грабежей, ни анаши, потому что мы итак уже выкурили весь пакет
Мухиных шишек. Мы бесцельно болтались по улицам города, и
нам всем хотелось пить. Желательно кваса. Или хотя бы газводы,
можно даже без сиропа. Вода из колонки – тоже был вариант.
Эта женщина, которая подошла к нам в парчке перед Театрал-
кой, довольно сильно отличалась своим видом от других прохо-
жих. Она была прикинута как-то не по нашему, по хипповому, в
цветастой, свободной блузке, потёртых джинсах, чёрных очках. И
своим вопросом она нас просто ошарашила:
- Ребята, а вы не хотели бы сняться в кино?
Конечно, мы бы хотели, почему бы и нет. По сути, как я понял,
она предложила нам поучаствовать в массовке в качестве стати-
стов. На следующее утро мы прибыли на студию «ЛАР-Фильм»
всем нашим кругом. По площадке перед павильоном, среди со-
бирающейся толпы статистов, нервно расхаживал плотный, пат-
латый Рахим Курбанов, режиссёр нашумевшего, кассового совет-
ского боевика «Шприц».
- Что, привела? – он быстро, намётанным взглядом профес-
сионала, окинул нашу банду. – Молодец Сауле, то, что надо.
В павильоне нам выдали бутафорские доспехи и копья. В
таком виде, в остроконечных шлемах и кожаных доспехах, мы
и вышли на улицу марцевать Мухин центр. Через полчасика мы
погрузились в автобус и покатили в сторону реки Или. По пути
вышел казус: когда за автобусом пристроился ментовской бабон,
мы дружно начали с заднего сиденья бычить их через стекло.
Средний палец, на американский манер, тогда никто у нас не по-
казывал, а вот два пальца вперёд в значении «упрись, бычара»
было весьма и весьма чувствительным оскорблением. Они обо-
46
Теряя наши улицы
гнали нас и остановили автобус. Разумеется, к тому времени на
задних сиденьях никого уже не было, так что пришлось ментам
ограничиться устным предупреждением в адрес всех пассажиров
и водителя.
Эпизод снимали несколько дней. Снова и снова мы выходили
на берег реки, где было организовано какое-то родоплеменное
празднество. Мы шатались там и здесь между юрт, изображая
вооружённых пьяных подростков, что давалось нам очень и очень
просто и естественно. Кульминацией, исполнением которой раз за
разом почему-то оставался недоволен Рахим Курбанов, служила
сцена, в которой пацан с деревянной колодкой на шее, главный
герой фильма, срывался в бега по бережку реки и исчезал в берё-
зовой рощице. Вот тогда то, мы с пацанами и с остальной толпой
тоже начинали бежать в погоню за ним, с копьями наперевес.
В тот день, когда режиссёр, наконец, утвердил снятый эпизод,
мы получили свою зарплату – по четвертаку каждый. Помню это
чувство удовлетворения и самодовольства, овладевшее нами, пока
мы, усевшись в круг, на корточках вспоминали эти киносъёмки.
- У вас не было такого ощущения, что мы постоянно должны
где-то за кем-то бегать всей толпой – если не в городе, то уже и по
степи и по лесу? – допытывался Мура.
- Ха-ха-ха, а чё делать, если от нас все когти рвут всё время? –
прикололся Адик.
- Вот прикиньте, пацаны, сколько ни мотаюсь по городу, в ка-
кие только истории не попадал, а вот, что актёром стану, ни за что
бы не подумал, - продолжал удивляться Мура.
- Статистом, - машинально поправил я.
- Чё? – теперь Мура не просто недоумевал. Его как будто об-
ломало, что ли.
- Статистом. Актёры – это у кого роль в фильме, вроде того па-
47
Альберт Спьяццатов
цана с деревяшкой на шее. Мы были статистами – толпу изобра-
жали. Мы и свои рожи-то на экране вряд ли увидим.
- Ну-ка, Алик, давай-ка отойдём в сторонку, - он весь как-то
помрачнел и насупился.
Что ж, мы отошли.
- Алик, братан, чё-то я не могу тебя понять в последнее время. .
– начал Мурик, глядя в сторону. – Ты запостоянку доебушник до
