Продолжение страстной и драматичной истории Камилы и Алмаза. Они снова пострадали от своей болезненной страсти, снова разведены обстоятельствами. И он снова чувствует себя преданным, разбитым, покинутым. К болезненной любви к Камиле теперь примешивается нестерпимое желание отомстить, подчинить ее себе… Его съедает ревность от одной только мысли, что она не с ним… Эти чувства создают убийственный коктейль, превращающий его в жесткого одержимого самца, готового на все, чтобы получить ее вновь обратно. И он получает, открывая врата в бездну… Оказывается, ненавидеть легче, чем принимать правду… А ее теперь принять придется… Алмаз даже не догадывался, какие страшные тайны хранит их прошлое. Тайны, которые способны перевернуть его мир, его миросознание, уничтожить его самого. И только их истинная любовь позволит упасть в бездну вместе, но не разбитьсяСодержит нецензурную брань.
Глава 1
Дело было резонансным… Одновременно с огромными деньгами и бешеной популярностью на меня свалилась волна хейта. Преимущественно от тех людей, кто считал бои развлечением для взорванных, жестоких беспредельщиков, потерявших всякий страх… Одни защищали меня с пеной у рта, доказывая, что смерть Малеса- трагичное, но имеющее место в таком спорте происшествие. Другие говорили, что я просто спустившаяся с гор, неадекватная горилла, кото Да что уж греха таить, я понимал, о каких «третьих силах» шла речь. Капиев втихую пустил в ход все приемчики и связи, чтобы запрятать меня за решетку. Черный пиар в СМИ, неизвестно откуда всплывшие телки, к которым я, якобы проявлял агрессию. Среди них, кстати, была «моя дорогая» Алёна, а еще, как бы ни было смешно, Злата… Последняя уверяла следователей в том, что я не только нагло и прилюдно приставал к ней, но и неоднократно проявлял агрессию… А я все сидел и ждал, когда же свидетельницей выступит и Камила. Когда она обвинит меня в изнасиловании или домогательствах… оставалось только этого от нее дождаться… Хотя кого я обманывал, Капиев был слишком горд, чтобы марать имя своей жены… А еще прилюдно он пытался представить себя как моего верного друга и защитника, в то же время многозначительно дистанцируясь от оценок произошедшего на его файт- площадке… мол, пусть эти вопросы решает «справедливый суд»… Это, наверное, и избавило меня от очередной «свидетельницы» моего «аморального, жестокого, неадекватного и общественно опасного поведения», как написали в одной из статей-заказух «про срубившего баснословные бабки борца-беспредельщика, убившего человека на ровном месте»…
«Приятным» сюрпризом, пожалуй, стали только свидетельские показания Аушерова относительно того, что он в последний момент узнал о нечестной игре Малеса и сообщил мне, но тогда типа бой уже было по сути не отменить. Это, по крайней мере, хоть как-то объяснило судье факт того, зачем я позвал соперника на продолжение уже по другим правилам…
Итогом всей этой многомесячной головомойки, в ходе которой меня даже не отпускали под залог, хотя неофициально адвокат предлагал огромные суммы, только от упоминания которых раньше мои глаза бы полезли из орбит, стало то, что мне впаяли два с половиной года колонии-поселения. Мои юристы считали такой вердикт победой. Уверяли, что при хорошем поведении меня вообще довольно скоро может ждать условно-досрочное освобождение, или даже амнистия с учетом того, что среди моих «фанатов» немало влиятельных людей…
Мне было посрать на решение суда. На весь этот фарс посрать… Боль в сердце понемногу утихла, ненависть тоже отступила на задний план… Зато на их смену пришло еще более нестерпимое чувство -полной апатии. Словно жизнь потеряла вкус. Словно вмиг все мои рецепторы отказали, все краски вокруг потухли… Руслан ругал меня за такое равнодушие… Пытался вывести хоть на какие-то эмоции. Он и сам был предельно расстроен. Мало того, что потерял перспективного бойца, с которым хотел тоже выстрелить на совсем другой, международный уровень как менеджер. Так еще и где-то внутри него свербело пресловутое чувство вины из-за этой долбанной шлюхи Златы… Что связался, что подпустил, что позволил пудрить нам мозги… Я же, напротив, не испытывал к телке ничего, кроме жалости… Понятное дело, Капиев заставил… Не ту подружку выбрала себе девчонка, зря связалась со змеей Камилой… Хорошо хоть, что я сам теперь понял, какой это был серпентарий… Вот только слишком поздно…
В колонии меня встретили на удивление хорошо. Не было задираний и попыток прогнуть ни со стороны охраны, ни со стороны заключенных. Возможно, меня боялись. Возможно, просто были не в курсе всех подробностей и воспринимали просто как мужика, которому не очень повезло… Здесь таких было немало- кто сбил человека случайно насмерть, кто убил в целях самообороны… Конечно, ничто никогда не оправдывает человека, виновного в гибели другого. Но согласитесь, есть две большие разницы между гнидами, сознательно идущими на преступление, и такими вот кармическими неудачниками… Впереди был как минимум год работы над собой, самокопания и поиска новых опор в жизни… А еще нужно было как-то вернуть себе вкус к жизни… Найти хотя бы какой-то стимул двигаться дальше… И чем больше я думал о прошлом, тем очевиднее для меня становилась неутешительная правда- единственная вещь, которая вызывала хоть какие-то эмоции в моем сердце, была связана со страшным, непреодолимым, маниакальным желанием отомстить… им… сделать максимально больно… растоптать… призвать к ответу… каждого за свои грехи…
Я вернулась в квартиру, которую он называл нашим «домом». Не считала ее своим домом. Никогда… Как ни пыталась переделать на свой лад, она оставалась для меня просто холодным каркасом, клеткой, где меня заперли…