В первом ролике огромный двухметровый шар неподвижно висел в воздухе рядом с остановленной детской каруселью и бесконечно взрывался. Арматура была погнута. Шар взрывался долго, с одной и той же частотой: примерно один взрыв в две секунды.
Второй ролик записали в движении, из окна транспорта, предположительно, автобуса. По шоссе рядом, параллельно, ехал мотоциклист. Шарик подлетел сверху, снял мужчину с сиденья и утащил куда-то в небо. Сам мотоцикл несколько секунд катился без хозяина и, наконец, вылетел за пределы шоссе.
Третий ролик оказался самым страшным. Но не из-за кровавых кадров. Пугал он тем, что обнажал всю серьёзность ситуации, внушая чувство безнадёги. Сняли его ночью с квадрокоптера. Он показывал кварталы города с высоты птичьего полёта. Среди жилых домов в случайном порядке вспыхивали и гасли шары разных размеров. Многие из них плавали между зданиями и выискивали что-то.
Ведущая перечислила районы и улицы, которые лучше обходить стороной. Особенный акцент сделала на улице Галкина – местечко оказалось буквально наводнено шарами. Михаил в этот момент закачался и поднёс руку к лицу: на улице Галкина стоял его дом.
– Катя… – прошептал Михаил. – Хоть бы ты выбралась… Хоть бы выбралась…
Влад стоял и прикидывал, как добраться до дяди, по пути спасти друга и защитить Арпине. Мозг отказывал. Все подсознательные «программы» поочерёдно включались, выключались и конфликтовали друг с другом, будто некий сумасшедший пианист нажимал на все клавиши подряд. А ещё следовало добраться до общежития и забрать ценные вещи. Материалы по компьютерной игре хранились в двух экземплярах: на ноутбуке и флэшке. Кроме того, хотелось забрать фотографию отца и несколько тысяч рублей. Влад мысленно представил, через что предстоит пройти, и тяжело вздохнул.
Арпине поднялась с дивана.
– Влад, пойдём отсюда, – заскулила девушка и схватила парня за локоть.
– Куда? Ты видишь, город весь в этом дерьме.
