Вы бы хотели оказаться в Райском саду? Жить вечно и наслаждаться каждым днём, без проблем и повседневных забот? Никогда не знать печали, утраты и боли? Вдыхать ароматы дивных цветов и без устали бродить по чудесным местам?Что же может заставить вас отказаться? Ведь всё, чем вам придётся пожертвовать – это всего лишь свобода.
Шарль Бодлер «Цветы зла»
стих «Приглашение к путешествию»
Глава 1 Невеста и жертва
Тишину прорезал детский плач. Самаэль вздрогнул от неожиданности и черты его лица презрительно скривились: звук действовал на нервы. А вскоре к одному крику присоединился и другой. Похоже, что она разбудила сестру и теперь дуэт младенцев голосил, эхом отдаваясь от каменных стен ритуального зала.
Адепт в длинной чёрной мантии вступил в круг собравшихся и тот сомкнулся, словно единое кольцо. Когда послушник проходил мимо, Самаэль заглянул тому через плечо, но увидел лишь кудрявую прядь золотистых волос ребёнка. Девочка перестала плакать в тот момент, когда её осторожно опустили на алтарь из вишнёвого дерева. Зато сестра, казалось, боролась за двоих. Так отчаянно она кричала.
Адепт развернул белоснежное одеяльце, полностью открывая младенца. Самаэль заметил движение рядом с собой, но не подал вида, что узнал брата. Он глядел на новорожденную, на то, как спокойна она принимала свою судьбу и вдруг ощутил острое желание оказаться подальше от этого места. Девочка станет жертвой для
Он не ответил, продолжая равнодушно наблюдать за происходящим. Адепт читал молитву на старом языке, взывая к
Михаэль открыл было рот, но отчаянный детский плач заставил его обернуться в ту сторону, откуда тот доносился. Демоница, державшая на руках вторую девочку, выглядела настолько раздражённой, что готова была лично провести ритуал над обоими детьми.
Послав мысленный ответ, Самаэль вновь сосредоточился на ритуале. Молитва подходила к концу. Голос адепта становился всё громче и громче, набирая силу и готовясь обрушить её на маленького агнца с золотистыми волосами. Интересно, какой бы она выросла? Было бы у неё вновь то же чуткое, ранимое сердце и печальная полуулыбка, словно она давно смирилась с ролью, ради которой её создали? Так непохожая на свою сестру, и в то же время – почти полная копия. Двойник, чтобы
Ответа не последовало, но Самаэлю тот уже был не нужен. Что ж… Из этого может получиться что-то по-настоящему интересное. Все помнят, как однажды он уже ослушался
Последние слова молитвы прозвучали как раскаты грома и Самаэлю показалось, что стены ритуального зала задрожали, а вместе с ними дрогнуло что-то и в самом сердце. Осторожно он коснулся резной рукояти кинжала, спрятанного под мантией. Незаметно для всех, кроме брата.
